Подземное урочище страха

– Чего ты опасаешься, все крепко спят, а мы хорошо отдохнули, пока они несли службу здесь, потому и можем пойти и всё осмотреть, Воило только похвалит нас за проявленную инициативу. Если мы с тобой всё осмотрим, пока остальные отдыхают, то потом все вместе пойдем в западные лабиринты, чтобы напрасно не терять время.

– Пост нельзя оставлять, мы же точно не знаем, что сзади, откуда мы сюда пришли, нет ли других сообщений с западным лабиринтом, карта всё время у ветерана или Микулы, только они более-менее разобрались в ней.

– Давай так, я беру огнемет и иду смотреть, а ты остаешься на посту, давай веревку, привяжу к ноге, если дерну, то поднимай тревогу, а если я не вернусь через несколько минут после сигнала, то тащи меня назад, что есть сил.

Отрок вынужден был согласиться, потому что его с малых лет учили во всём слушаться старших…

Блуд осторожно пробирался по закопченному проходу и внимательно осматривался по сторонам, обугленных трупов крыс не было видно: «знать не смогли сюда просочиться, скоро и разветвление ходов появится», – подумал он.

– Интересно, что здесь так бахнуло, что появился широкий проход, удивительно, но даже запаха гари не чувствуется, прав был старый воин – где-то есть щели и вся гарь улетучилась вместе с клубами дыма. Надо быть осторожным, через эти щели могли сюда проникнуть новые чудища, – бормотал Блуд, внимательно всё осматривая.

Блуд рассказал об увиденом около гнезда крыс Младу, а тот поспешил в тронный зал, чтобы доложить новость ветерану. Через несколько минут весь отряд собрался около Блуда, Воило дал последние наставления и все двинулись навстречу неизвестности.

Около расширенного взрывами тоннеля отряд остановился и перестроился, вперед пошла ударная группа в составе: Блуд с огнеметом, его прикрывали братья, затем шли Микула и Млад – юркий отрок мог пригодиться, если бы проход стал очень узким, за ними двигался Ухват с веревками наготове.

Проход стал еще шире и выше, поэтому идти было легко, но Блуд не спешил, а внимательно осматривал все выступы и щели в свете факелов, которые высоко над головой держали Бажен и Ждан.