Облачные Люди

Почему такая элементарная мысль мне даже не пришла в голову?

– Ясно. И запасных нет?

Я тяжко вздохнул.

– Ладно. Что-нибудь придумаем. Найду под пелёнки чистую тряпицу. Но, сами понимаете, эти вопросы надо решать. Ребёнку уход нужен!

Я кивнул и ещё раз повторил:

– Спасибо.

Хозяйка вышла, тихонько притворив дверь.

– Повезло, – констатировал Иван.

– Да уж…

– Нет. Серьёзно. Нас могло выбросить в глухой тайге. С ребёнком – очень опасно.

– Знаю я. Ничего. Выжили бы.

Ваня сел на единственный стул в комнате.

– Интересно они тут живут. Сестра с детьми и их семьями. И эта дама. Наверно, у неё что-то случилось в жизни.

– С чего взял?

– Ну сам подумай: ты бы стал жить в таком возрасте с родственниками?

– Мало ли как обстоятельства складываются, – я всплеснул руками.

– Вот именно, – кивнул Иван, – обстоятельства.

Хозяйка вернулась где-то через полчаса. Дом по-прежнему спал. Она каким-то образом умудрилась приготовить еду для Пашки совершенно бесшумно.

– Ну что, спит ещё? – шёпотом спросила она, глядя на кровать.

– Ага, – кивнул я.

– Надо подгузник проверить, – сказала она, потом поставила на столик миски с едой и бутылочку с соской.

– Ух ты, – сказал я, кивнув на бутылочку.

– Да, повезло, – ответила хозяйка, – от племяшек осталось. Всё чистое, не беспокойтесь.

– Кстати, я Сергей, – наконец, представился я.

Хозяйка глянула на меня с любопытством.

– Приятно, Сергей, – ответила она, – я Ирина Петровна. Можно просто Ира.

– Я Иван, – вмешался напарник.

– И с тобой тоже рада, – она попробовала температуру бутылочки, прижав к щеке, – так, теперь надо подгузник проверить.

Ирина подошла к углу комнаты, где за шторкой были спрятаны полки с разными вещами. Немного покопалась в них. Достала полиэтиленовый пакет и чистую простынь.

– Так. Сюда «добычу» надо выбросить и сразу завязать поплотнее, – Ирина передала мне пакет, – а это нам будет вместо пелёнки пока, – она указала на простыню.

– Только сейчас, за тазиком сбегаю.

Она снова бесшумно выскользнула из комнаты.

– Что думаешь о ней? – спросил Ваня шёпотом.

– Вроде искренна, – ответил я, – можно доверять.

– Тоже так думаю, – согласился напарник, – наверно, пережила всякое. Обычно такие люди более чувствительны к проблемам других.

– Может, – согласился я, – но по-всякому бывает, думаю. Если человек изначально гнилой – никакие беды его не исправят.

– Тоже верно.