Абандон

Вечерело. Когда солнце скрылось за сопкой, я выключил кондиционер и приоткрыл окна. Салон сразу наполнился запахом хвойной тайги и свежестью близкой воды.

– Может, искупаемся? – предложила Соня, глядя на речку, то и дело мелькавшую справа.

Я критически посмотрел в сторону речки.

– Не стоит, – ответил я.

– Чего так?

– Средство от клещей закончилось.

– Да ну брось, – улыбнулась Соня, – во—первых, у нас прививки. А, во—вторых, какие клещи в такую жару?

– Мы в Забайкалье. Они тут постоянно активные.

Да и холодает уже, вечер. Кроме энцефалита, есть ещё боррелиоз. А ещё у неё вот, – я указал большим пальцем за спину, на заднее сиденье, где спала Бася, – вообще никаких прививок нет.

Соня поглядела на питомицу. Потом грустно вздохнула и сказала:

– Ладно. Убедил. Надо ей противоклещевой ошейник купить. Ну или спрей какой… они же должны быть для животных, да?

– Наверняка, – согласился я, – завтра первым делом в зоомагазин заглянем.

Дорога, по которой мы поехали, проходила мимо аэропорта.

Соня с тоской поглядела на самолёт в ливрее «Аэрофлота», который заходил на посадку.

– Народ только что в Москве был… – заметила она.

– Что, уже обратно хочешь? – удивился я.

– Нет, – она помотала головой, – просто очень давно на самолётах не летала…

– Если повезёт, осенью полетим, – ответил я, – далеко и надолго. Куратор вроде нами доволен, – я сплюнул и постучал по деревянной панели на торпеде.

– Тоже верно.

За аэропортом было довольно большое озеро.

Я прочитал на карте навигатора его название – Кенон. Странный топоним, даже для этих краёв. Есть в нём что-то японское…

Гостиница, где я забронировал номер, находилась в центре города. И у неё была собственная охраняемая парковка.

Мы заселились, приняли душ, переоделись, покормили Басю. После чего отправились гулять по вечернему городу.

Бася осталась в номере. Мы предусмотрительно повесили табличку «не беспокоить». Оставлять её одну было немного тревожно – но и таскать её с собой по городу тоже так себе альтернатива.

К тому же она точно может постоять за себя, в этом мы убедились уже неоднократно.

Быстро темнело; город погружался в алые сумерки после жаркого дня. Мы шли по центральной улице, пока не остановились возле приглянувшейся нам летней веранды.

Тут предлагали азиатский фьюжн, с упором на японскую кухню, и это мне понравилось: после обилия мяса в Улан—Удэ хотелось чего-то более лёгкого.