Невеста по обмену

– А семья Элайзы? Разве она не имеет права общаться с… дочерью? – последнее слово далось мне нелегко.

Я выросла в приюте, но это не значит, что я не пыталась встретиться с родной матерью. Не пыталась найти её. Увы, пыталась. И нашла. Это была не самая приятная встреча в моей жизни. И, если она хотя бы наполовину похожа на неё…

Нет, по закону подлости, она стопроцентно двойник женщины, что оставила меня, потому что ей было неудобно. Я была для неё балластом, лишним грузом. Никчёмной, ненужной. И, если мать Элайзы хоть как-то похожа на неё внешне, то я даже не смогу посмотреть ей в глаза.

Наверняка она будет относиться ко мне более, чем хорошо.

Готова ли я познать тепло материнской любви, зная, что она мне… неродная? Зная, что, по сути, она мне никто?

– Кроме матери, у вас есть отец и младший брат. И все они счастливы, что вы – истинная принца Вэстриса. И понимают, насколько это важно для вас и для семьи, – отчеканил Рамон.

Он, что, готовился за неделю? Учил и готовил речь?

– Прекрасно. Хоть у кого-то хорошая и любящая семья, – ком застрял в горле, глаза начало жечь.

Было очень больно, но я пыталась справиться с собой. – А что насчёт моих мыслей? Как я понимаю, при помощи магии их очень легко прочитать, – недовольно буркнула, сдерживая слёзы.

Рамону хватило тактичности, чтобы промолчать по поводу моей несдержанности. Я и сама не понимала, что творилось с моими эмоциями.

– Хорошо понимаю ваши опасения, – с этими словами он взял с окна маленькую шкатулку в форме сундучка и достал оттуда два украшения: жемчужный браслет и кулон с рубиновым камнем.

 – Браслет защитит вас от чтения мыслей. Кулон – от воздействия магии подчинения. Не снимайте украшения ни при каких обстоятельствах.

– А если мои враги захотят их снять? – кивнула, приняв дары.

– Никто без вашей воли не сможет этого сделать. Любое прикосновение обожжёт вашего недоброжелателя, – Рамон был уверен, что предусмотрел всё.

Но я прекрасно понимала, что это было невозможным. И я пыталась найти хотя бы малейший изъян в их плане.

– Есть хоть кто-то, кому Элайза доверяла? – наконец, вздохнула. Только сейчас осознала, что мне придётся откликаться на это имя. Красивое, бесспорно, но оно не было моим, родным, данным при рождении.

– Да, – после секундного замешательства нехотя сказал Рамон. – Но даже ей я бы не советовал рассказывать правду, – после чего он щёлкнул пальцами, и в воздухе появилась очередная картинка. В этот раз передо мной предстал образ красивой девушки.