Серебряный единорог

Синий оттиск монгольского штампа покрыл швейцарскую визу.

Пока Анатолийский прогревал остывший двигатель, солдаты—первогодки загрузили в УАЗ пять плотно набитых кулей картошки, объемную коробку из-под телевизора «Рекорд» с диким мясом и набор металлической посуды. Помимо жены Батмунха Туяны с восьмилетней девочкой в машину уселась её подруга-монголка.

Машина тронулась вдоль строя монгольских пограничников. Прапорщик что-то внушал цирикам. Майор Батмунх вышел на крыльцо в расстёгнутом полушубке с погонами и помахал рукой.

Стопка кастрюль оглушительно грохнулась на пол УАЗа, вороны вспорхнули с сосен и, каркая, закружили над заставой. Русский джип выехал из заставы и покатил по заснеженной дороге на юг.

– Надеюсь, не попадемся монгольским гаишникам, – сказал Меркурий, засунув в рот жвачку.

Олег заржал:

– Здесь только на волков можем нарваться.

Цырендаши спросил Туяну, одетую в женскую дубленку, окантованную орнаментом и пушистую шапку из чернобурки, зачем она поехала в Чойбалсан.

– Дочке прививку поставить и погостить у родителей Батмунха, – ответила молодая женщина, спрятав угольно-черную прядь волос под шапку.

Автомобиль въехал в лес и запрыгал на кочках. Олег подсел к Туяне и балагурил с ней. Красивая бурятка смеялась и отбивалась от рук Пиханова. Невзрачная монголка по-русски не говорила и держалась скромно.

За сосновой рощей справа показался Онон, но его было плохо видно с трассы. После открытого участка дорога пошла вдоль лесистых сопок. Впереди простиралась бесконечная степь, похожая на гигантский белый саван.

Снег слепил глаза и Анатолийский надел большие темные очки. В них он напоминал карикатурного шпиона из журнала «Крокодил». Грунтовка стала ровной, двигатель урчал на одних оборотах. Под однообразный звук мотора пассажиры, за исключением Аюрова, задремали. Цырендаши глядел по сторонам и иногда показывал Меркурию то на отару овец, пасущуюся вдалеке, то на одинокого всадника, едущего неведомо куда. А вот верблюдов Анатолийский увидел первым. Рыже-коричневые корабли пустыни ярко выделялись на белоснежной равнине.

– Бактрианы, – пояснил Аюров.

– Верблюды! Я не слепой, – заспорил Меркурий.

– Бактрианы – это двугорбые верблюды. Есть еще дромедары – одногорбые. Живут в Северной Африке и на Ближнем Востоке.

Впереди показалась речушка, мерцающая голубой проталиной. Перед ней дорога разветвлялась в три стороны. За рекой виднелся небольшой посёлок. Из неказистых домов и грязных юрт вился дымок.