Серебряный единорог

 – Тащи эту дылду в секретную часть.

– Можно я вон ту маленькую блондинку возьму? – робко попросил Пиханов.

– Отставить разговоры! – рявкнул начальник военкомата и распределил ещё две пары. – А ты дашь деду в дежурке, – сказал он последней проститутке в черных колготках. – По местам дислокации ша-а-агом марш!

– А кто заплатит? – спросил сутенёр.

Палец полковника медленно описал кривую дугу, замер на Пиханове и резко дернулся в направлении сутенёра:

– Ты!

– Но я собираю деньги! – заверещал прыщавый.

– В Тикси отправлю! – заорал военком. – Будешь там портянки стирать в Ледовитом океане.

– Не могу я дать девок бесплатно, – чуть не плакал парень. – У меня план.

– Вон отсюда, вонь подретузная! Все – вон!

Труженицы борделя бросились к двери, цокая каблучками. Сутенёр стремглав опередил их, чуть не сбив дежурного пенсионера.

– Я заплачу! – запоздало крикнул Пиханов.

– Все вон, я сказал! – рявкнул полковник, вернулся к столу и хряпнул стакан водки.

В повисшей тишине военком покачнулся, садясь, и чуть не упал мимо стула, но Баторжамц успел его поддержать. Примолкшие гуляки смотрели, как Иван Иванович уронил голову на стол и захрапел.

– Нам пора на дембель, – сказал Меркурий. – Пойдем, Баторжамц, в мое пристанище. Продолжим славный вечерок.

– А мне, что делать? – заныл Пиханов. – Вопрос-то мой не решен.

– Иван Иванович не зря тебе ключ от секретки дал. Найди своё дело и засунь куда подальше.

Прихватив со стола бутылку коньяка, Анатолийский вышел из военкомата под ручку с представителем Восточного аймака.

Часом позже Баторжамц был уже готовым: глаза осоловели, голос осип. Он сморкнулся в галстук в желто-черных шашечках и торжественно произнес:

– Ваш хубернатор – хороший куроводитель.

Анатолийский был еще пьянее монгола и легко согласился:

– Да-а-а, наш глава – очень хороший руководитель, но ваш губернатор – лучше. Он нашел такого замечательного представителя, как ты, Баторжамц, а наш не нашел.

– У нашего председателя хурала сердце с правой стороны. Он очень хороший куроводитель. У вашехо хубернатора сердце с левой стороны. И он тоже хороший куроводитель.

– Все начальники хорошие руководители: и наши, и ваши.

– Это хорошо.

– Выпьем за них! – Анатолийский разлил коньяк в рюмки, расплескивав янтарную жидкость на клеенку.

Последняя доза Меркурию не пошла. Он с трудом протолкнул ее в глотку и, выпучив глаза, едва сдержал рвоту.