Серебряный единорог

– Но никто не знает, сколько в этих местах прошло трагических событий, сколько войн и набегов пережили местные народы, – задумчиво сказал директор, прожевав бутерброд после выпивки.

– Однахо, простого человеческого счастья и радости было намного больше, – выразил свое мнение Аюров. – Свадьбы, рождение детей, облавные охоты, праздники…

Под разговоры незаметно опустела бутылка. Кузьмич сходил во двор и подогнал машину к окну второго номера.

– Я спать, – объявил он, заняв кровать в дальнем углу комнаты.

– Смотри, что я достал, – сказал Аюрову Меркурий, распахнув дипломат.

– Ого, карты Генштаба СССР! – удивился Цырендаши.

– Давай пройдемся по географии, попробуем отыскать нашу гору на основе бурятской легенды.

Бурят протер тряпкой стол, а Анатолийский разложил карту.

– Я думаю, что месторасположение горы Бурхан-Халдун должно соответствовать следующим условиям, – произнес новоявленный эксперт по восточным секретам. – Первое. Она располагается в пределах племенной земли семьи Чингисхана, не дальше пятидесяти километров от урочища Делиун-Балдах.

Второе. Гора должна быть величественной, с ее вершины открывается прекрасный вид. Третье. У реки Онон гора переходит в отвесный утес, глубоко уходящий в воду. В этом положении вода скрывает замурованный вход в усыпальницу Чингисхана. Четвертое. Онон протекает возле горы по нескольким протокам. Пятое. Остров между основным руслом и протокой должен быть достаточно высоким, чтобы его не затопило при построении плотины. Шестое. Недалеко от Бурхан-Халдуна в Онон впадает небольшая река. Эти сведения имеются в «Сокровенном сказании монголов».

– И наличие таинственного знака в виде надписи, – добавил директор.

– Не обязательно. Однахо, на вершине горы может быть другая примета, какой-нибудь след былых времен.

– Район поисков значительно сужается, – удовлетворенно произнес Меркурий, рассматривая карту.

После двух часов изучения крупномасштабных карт глаза Анатолийского стали слипаться. Он зевнул и сказал:

– Завалюсь-ка я на боковую.

Цырендаши стал что-то зарисовывать на кальке, сверяясь с топографической картой. Ночью Анатолийский проснулся и увидел, что Аюров всё ещё старательно корпит над картой.

Рано утром экспедиция выехала из Нижнего Цасучея. Анатолийский заправил бензобак «Москвича» под завязку. За селом Кузьмич съехал на реку и покатил по льду Онона. Накатанная колея в снежном насте исчезала на продуваемых участках реки, и тогда машину заносило на хрустальном льду.