Периметр. Из света в тень

Иван Макарович скептически ухмыльнулся.

– Тогда как узнали, что взлом был?

– Украденную информацию перехватили.

– Но утечка всё-таки не была?

– Этот факт тоже нужно проверить.

– Будут ещё какие-нибудь вводные?

Комарин положил на стол три синих папки.

– Надо проверить вот этих трёх человек. Все они состоят на службе в ФАПСИ, являются специалистами экстра класса.

– Почему именно эти?

– Это выбор Устинова. Он говорит, что в их структуре только они имеют достаточную квалификацию и опыт, чтобы такое провернуть.

– Сговор между этими тремя мог быть?

– Неизвестно. Но исключать тоже нельзя. Нужно их всех аккуратно прощупать, но так, чтобы, – Комарин запнулся.

– Не спугнуть и не создать повода для ещё большего урона.

– Иван Макарович, ты буквально читаешь мои мысли.

– За это меня и ценят.

Владимир Семёнович невольно улыбнулся. Ему нравилась открытость и прямолинейность Петрова, хоть так грубо и нарушавшая субординацию.

– И ещё. Думаю, что нельзя ограничиваться этими тремя. Нужно проверить и самого Устинова. Он тоже далеко не дурак.

– Сделаем. Разрешите приступать?

*****

Фёдор Самсонов шёл в кабинет Петрова с чувством лёгкого беспокойства. Он очень не хотел, чтобы про его отношения с Еленой стало известно не только генералу, но и вообще кому бы то ни было. Их роман закрутился так быстро, что он сам не ожидал от себя такой прыти. И теперь был несколько растерян, так как ценил эту девушку больше собственной свободы.

Иван Макарович поприветствовал Фёдора еле заметным движением головы и показал рукой на стул возле стола.

– У нас тут новое задание, – сказал он, не глядя на Самсонова, а внимательно просматривая, лежащие в это время перед ним, документы.

– Я слушаю.

– Оно не по твоему профилю, – Петров, наконец, оторвал свой взгляд от бумаг. – Но заняться им придётся именно тебе.

– Если профиль не мой, почему тогда мне?

– Возможно, эта история как-то связана с делом Кравцова.

– Понял.

– Вот посмотри, – Петров протянул Самсонову одну из папок. – В нашей разработке три человека.

Про генерала Устинова Петров решил не говорить, так как предполагал заняться им лично. Ему не хотелось бросать понапрасну тень подозрения на важного человека. Ведь неизвестно ещё, что именно всплывёт. И совсем необязательно, что оно будет связано с Кравцовым.