Аризона на троих. Семь камней Кецалькоатля

Вскоре паровоз завизжал, дёрнул вагоны, потянул их на восток.

– Что это было? – вопросительно глянув на мексиканку, Генри ткнул себя указательным пальцем в шею.

– Древнее оружие ацтеков – сильно укороченное, но на расстоянии двух-трёх шагов весьма эффективное.

– Он умер?

– Нет. Лёгкий паралич.

– Тебя как зовут?

– Зря теряешь время, – мексиканка легла на живот, опёрлась локтями на перепрелое пружинистое сено, продолжая наблюдать за тем, что происходит на станции. – У тебя его осталось не много.

Чтобы не светиться в чердачном проёме, Генри прилёг рядом с мексиканкой, свернул вбок голову, разглядывая ту часть городка, которая видна была с сеновала.

– Я не собираюсь бежать.

– Что же ты собираешься делать?

– Если я ещё не забыл, то вон то здание с флагом – офис шерифа. Прямым ходом иду туда.

– И прямиком оттуда благополучно попадёшь обратно в руки Хэлфорда. Я знаю местного шерифа, он имеет свойство быстро находить общий язык с пройдохами, а с птицей такого полёта, как Хэлфорд… Можешь не сомневаться.

Генри озадаченно провёл ладонью по подбородку… Что ж! Значит остаётся один вариант – добраться до соседней станции, где его уже никто не будет искать… Хотя, почему никто не будет искать? Хэлфорду не трудно послать людей и на соседние станции.

И вдруг его осенила идея. Гостеприимный замок дона Азеведо не так уж и далеко от Бенсона. С парой долларов в кармане всё равно до Нью-Йорка не добраться, а на помощь Алисии всегда можно рассчитывать.

– Эй, гринго? – Мексиканка щёлкнула пальцами перед его носом. – Ты не заснул?

Генри очнулся от мечтаний, нарочито сердито сдвинул брови.

– Не намерен отвечать на твои вопросы, пока ты не ответишь на мои. Я спрашивал, как тебя зовут.

– Луисита. Тебе легче от этого?

Молодого человека начал злить вызывающий тон девушки, и он уже собирался распрощаться с ней, но вместо этого вдруг вскочил на колени, с очумелым видом подался вперёд, высунув из дверного проёма голову…

Чёрт возьми! Мечты ожили.

Он готов был поклясться, что узнал в идущей к поезду девушке Алисию. Несмотря на то, что лицо её было скрыто шляпой, он не мог ошибиться: осанка, жесты, поворот головы. Да и лошадь, которую она вела в поводу – вне сомнения Бланка. А ещё сердце! Оно застучало в груди как сумасшедшее.