Аризона на троих. Семь камней Кецалькоатля

В вагоне царил полусумрак, пронизанный тонкими солнечными лучами, которые цедились в пулевые отверстия в противоположной стене.

Лошади пофыркивали, изредка стучали копытами в деревянный настил. Пахло сёдлами, войлочными потниками, пропитанным конской мочой сеном.

«Скорее всего, – это Бенсон», – решил Генри и от самого этого названия повеяло грустью. Он вспомнил как пять месяцев назад стоял рядом с Алисией и Джедом на дощатом перроне, как позванивая колоколом и шипя паром, вползал на станцию паровоз, который тащил на далёкий Восток вереницу пыльных вагонов.

Спустя десять минут с комом в горле и тоской в душе в одном из этих вагонов сидел Генри, а мимо плыл дощатый фронтон станции с набитым через трафарет названием “BENSON”.

Воспоминания прервала бандитка. Некоторое время она сидела, не шевелясь, будто заснула. Кисть её поднятой руки висела в браслете кандалов, как увядший цветок, и вдруг девушка встрепенулась – несколько раз ожесточённо дёрнула рукой, проверяя крепость железного кольца, сквозь которое была пропущена цепь кандалов.

Прикованная к противоположному концу цепи рука Генри несколько раз дёрнулась, браслет больно впился в руку.

– Бесполезно, – Генри попытался умерить напрасный пыл мексиканки. – С той стороны стены оно прикручено внушительной гайкой.

Девушка сердито сдула упавшую на щёку прядь волос, ответила с лёгким испанским акцентом:

– Если не пробовать, никогда ничего не получится.

Она ещё несколько раз дёрнула рукой и, наконец, угомонилась, искоса изучая молодого человека.

– Ты за что здесь?

– Мистер Хэлфорд хочет, чтобы я оказал ему небольшую услугу.

– А ты против. Я правильно поняла?

– Против, – ответил Генри, в свою очередь, разглядывая девушку. – А ты? Перепутала этот поезд с почтовым?

– Я не граблю почтовые поезда, и ничего не путаю. У меня с Хэлфордом свои счёты, – нахмурившись, девушка несколько секунд молчала, потом тяжело вздохнула: – Кто знал, что у него целая армия на колёсах.

Я потеряла лучших своих людей.

– Так ты главарь этой банды?

– Одна моя рука прикована, – угрожающе сузила глаза мексиканка. – Но ничто не мешает мне разбить твой нос второй рукой.

– Звучит женственно, – саркастически усмехнулся Генри.

– Можешь кривляться сколько угодно, но не называй моих людей бандой.

– Кто же вы?

– Борцы за свободу.

– Свободу от кого?

– В Мексике всегда найдётся тиран.

– Но ты в Соединённых Штатах.