Аризона на троих. Самый быстрый

Голова змеи разлетелась в клочья, и весь первобытный ужас выплеснулся наружу, – Генри панически отшвырнул одеяло, вскочил, заплясал около безголовой, но всё ещё извивающейся змеи, будто ему стреляли под ноги, а он спасался этим нелепым подпрыгиванием от пуль.

– Успокойтесь, – раздался бесстрастный голос Джеда.

Аризонец стоял, прижимая одной рукой к груди охапку хвороста, а второй неторопливо опуская в кобуру курящийся пороховым дымком револьвер. Рывком севшая Алисия вскинула револьвер, взятый ею вчера из запасов бандитского оружия; озиралась, ничего не понимая со сна.

– Э-эй, сеньорита, – предупредил Джед, кидая у костра охапку хвороста. – Полегче с револьвером, у вас курок взведён.

Облизывая пересохшие губы, заспанная девушка большим пальцем плавно сняла револьвер с боевого взвода.

– Было бы глупо вскидывать револьвер, не взведя курок.

– Я смотрю, вы кое-что в этом понимаете.

– Кое-что, – согласилась девушка, поднимаясь на ноги.

Джед поддел острым носком сапога безголовую змею, отшвырнул её в сторону, принялся разжигать потухший костёр.

– На вашем месте я бы вытряхнул их прежде чем обуть, – посоветовал Джед, не оборачиваясь от костра и снова заставляя заподозрить себя в том, что у него есть ещё одна пара глаз на затылке. – Не один беспечный путешественник погиб оттого, что поленился вытряхнуть сапоги.

Генри недоверчиво посмотрел аризонцу в спину, но совету всё же последовал, – перевернул ботинок подошвой кверху, пристукнул ладонью по каблуку.

– Добро пожаловать на Дальний Запад, мистер Нью-Йорк.

Генри не ответил, старательно выколачивая ботинок о скалу и подозрительно заглядывая в него.

Глава 4

Молодости свойственно быстро забывать несчастья и легко залечивать душевные раны, так и Генри на второй день уже смирился с гибелью товарища, вынырнул из омута мрачных мыслей и теперь всецело был захвачен духом большого приключения, в которое он попал волей обстоятельств.

Короткий серый сюртук и жилет были скатаны вместе с винчестерами бандитов в одеяло и теперь покоились позади седла. Рукава некогда белой, а теперь посеревшей рубашки закатаны по локоть. Носовой платок повязан на шею, на бёдрах – оружейный пояс с кольтом сорок пятого калибра.