Аризона на троих. Самый быстрый

Мне поручил её добыть Чёрный Джексон.

– Кто такой Джексон?

– Ты не слышал про Джексона?

– Меня целый год не было в Аризоне. Похоже, за это время здесь многое изменилось.

– Джексон теперь негласный правитель здешних мест. Все поселения, ранчо и рудники платят ему дань. Все считаются с его силой.

– Какое отношение к такому крутому парню имеет недоумок вроде тебя?

– Все бандиты в здешних местах… подчиняются ему, и делают свои дела с его согласия. У него… большие связи в верхах. Говорят, он вхож в дом самого губернатора территории, – боль искажала голос бандита, заставляла его говорить с придыханием и делать паузы для того, чтобы собраться с силами.

 – Недавно он предупредил меня… что на мою поимку выехали солдаты. В обмен на своё покровительство он просит нас о некоторых услугах.

– Что за услуги?

– Разные… Поджечь ранчо несговорчивого фермера, угнать скот.

– Угнать и поджечь – верю, но дело с картой он не мог доверить тебе.

– У него не было выхода. Он находился слишком далеко… Поэтому послал мне записку голубиной почтой.

– Записка сохранилась?

– Она у Невады.

Бандит указал глазами на раненого сообщника, который, отталкиваясь ногами, испуганно отползал на спине за скалу.

– Лучше тебе не рыть шпорами землю, – посоветовал бандиту Джед, поднявшись во весь рост и беспечно повернувшись к Солёному Джеку спиной. – И руки держи на виду. У меня патронов хватит на все твои конечности, в том числе и на ту, которую ты ценишь больше всего.

Глядя в спину Джеда, Солёный Джек дрогнул пальцами левой руки, сделал чуть приметное движение к револьверу, но благоразумие взяло верх.

Видимо та беспечность, с какой Джед подставил ему спину, показалась бандиту подозрительной.

Прочитав отнятую у бандита записку, написанную на узкой полоске бумаги, Джед вернулся к главарю, присел перед ним на корточки. Оглянувшись на скалу, за которой прятались его спутники и наверняка слышали весь разговор, усиленный прекрасной акустикой каньона, он понизил голос до шёпота:

– Здесь написано, ты должен доставить нью-йоркских репортёров к Джексону живыми.

Одного ты убил, второй не погиб только благодаря мне. Я думал, молва не совсем справедлива к тебе, но теперь готов согласиться с ней – ты действительно недоумок.

– Они сами виноваты, – мрачно сказал бандит. – Не люблю, когда в меня стреляют.

– А ты думал, они любезно остановят дилижанс и сами сдадутся на твою милость? Зачем Джексону репортёры?

– Я читал ту же записку, что и ты.