Штормовые стражи

Да, возможно, напоминать это излишне, но лучше подстраховаться на всякий случай…

Мы рассредоточились на местности, обошли завал из брошенных седельных тягачей с контейнерами на прицепе… И неожиданно оказались на относительно открытой площадке, вокруг небольшого строения.

Это было полуразрушенное бурей бетонное здание, высотой в четыре этажа. Что-то офисное, наверное. Или небольшой торговый центр, если судить по остаткам когда-то яркой вывески, парковке вокруг и застеклённому нижнему этажу… Когда-то застеклённому.

Сейчас же все выбитые стёкла нижнего этажа были закрыты кусками бетонных плит. Широкие окна заложены кирпичами, а перед зданием оборудован бруствер из мешков с песков с пущенной поверх колючей проволокой. За ним около здания виднелась пара грязных и полуразбитых «хамви» и… хмм? Советско-российская БМП-2 в пустынной окраске без одной гусеницы? И почему у неё спереди нарисована кривоватая белая звезда, которую иногда малюют на американскую технику?

Впрочем, учитывая висящий на кривом флагштоке выцветший и изрядно порванный американский флаг, удивляться, наверное, не стоит.

И громкоговоритель был явно в этом здании или на нём.

– Эй, есть кто живой? – крикнул Си Джей. – Мы американцы!

Тишина.

Только раз за разом бормочет голос Коннорса, перемежающийся треском помех и звуками перестрелки где-то вдали.

Ствол автоматической пушки БМП уныло смотрит в землю, а на её броне видны наносы песка. Немного, но есть – значит стоит тут от силы пару дней. Или от силы пару дней назад её в последний раз чистили. Блок-пост оставлен? Или его гарнизон перебили? Странно, но я не вижу признаков боя… И громкоговоритель опять же.

– Кирк, Юрай – проверьте.

Двое наёмников осторожно двинулись к чек-пойнту, а мы тем временем заняли позиции и остались их прикрывать.

– Сержант, тебе лучше на это взглянуть, – раздалось в динамике рации спустя пару минут томительного ожидания.

Я, Дойл и Си Джей двинулись вперёд. Перемахнули через бруствер в месте, где был оставлен специальный проход, обошли один из «хамви». На секунду мелькнуло странное ощущение неправильности.