Сновидец. Пробуждение

Оставалось надеяться, что Писатель еще не все пропил и обратную дорогу оплатит он.

Втиснувшись в переполненный трамвай, Искатель сильно пожалел, что взял трубку. Складывалось ощущение, что народ не собирался выходить. На каждой остановке пассажиры только прибывали. Воздух из смеси различных запахов, был настолько тяжелым, что при каждом вздохе у Искателя случался еле сдерживаемый приступ тошноты.

И вот когда он почти готовый потерять сознание, из последних сил держался за поручень, двери газовой камеры распахнулись, и людской поток вынес его на улицу.

Когда прошли последние круги перед глазами и чьи-то тяжелые ботинки по его ногам, Искатель понял: вышел не там. Злость на Писателя, мелкий холодный дождь, пустынный промышленный район. И никакой надежды дождаться следующего трамвая. От избытка чувств Искатель пнул мусорную урну, чем до безумия напугал мирно спящую дворнягу. Пройдя какое-то время пешком, он вспомнил, что через лесной массив, отделяющий город от автострады, когда-то была прямая тропа. Но с учетом застройки она могла исчезнуть.

В лес вело множество тропинок. Искатель шагнул на ближайшую. Мрачное, угрюмое местечко. За время своих скитаний он обнаружил несколько ночлежек, оборудованных бомжами, дыр в заборе близлежащего завода. Пристанище наркоманов, усыпанное использованными шприцами. Он все – таки вышел к шоссе неподалеку от нужной ему остановки.

Путь на маршрутке занял немного времени. И вот помятый, мокрый, злой и уставший, он предстал перед роскошным рестораном, вход к которому был выложен из белого мрамора.

– Стоять! – гаркнуль появившийся в дверях здоровяк в строгом костюме. – Ты ботинки свои видел? Не видишь: чисто, куда шлепаешь? Мы милостыню не подаем, так что иди отсюда.

Искателю стало обидно. Его, без пяти минут признанного гения отечественной литературы, чуть ли не за шкирку выкидывает кретин, который не то что книгу написать, букварь – то прочесть не сможет. Обезьяна!

– Ну ничего, ты мне на этот мрамор еще дорожку красную постелешь! Хмырь! – подумал Искатель, а вслух произнес: – Здесь у Вас, мой друг отдыхает.

Попросил вот меня забрать его.

Примат тут же сменился в лице. Потупив взор, явно почувствовав себя неловко, он спустился на встречу Искателю.

– Вы извините, конечно, творческого человека часто можно с бомжом спутать. На вас же не написано, художник вы или поэт. Частенько всякая шваль пытается прорваться внутрь. Кто под наркотой, кто в пьяном угаре.