Врата. Книга 1. Интервенция

Бой продолжался всю ночь. Легионеры понесли большие потери из-за темноты и того, что были застигнуты врасплох, но потому и сопротивлялись гораздо дольше, элементарно из-за того, что не поняли, с кем столкнулись.

Удара бронетехники они, разумеется, не выдержали, но не просто побежали, а лишь рассеялись по территории полевого лагеря. И из-за этого несколько часов – почти до самого рассвета – продолжались стычки с выныривающими из темноты легионерами. У солдат сил было недостаточно, чтобы контролировать всё, а противника было чересчур много, чтобы махом уничтожить большую его часть.

Сколько их было-то? Десяток танков, несколько самоходок и БМП, инженерная техника… Это сила, да. Но вот пехоты набралась едва ли полнокровная рота.

А легионеров было несколько тысяч.

Но даже это им в конце концов не помогло – все очаги сопротивления, откуда били магией, уничтожили с расстояния, из тяжёлого оружия. И в итоге легионеры начали где по одному, а где целыми отрядами сдаваться в плен, бросая оружие и поднимая руки в интернациональном и, как оказалось, интермировом жесте капитуляции.

Следующие пару часов были потрачены на то, чтобы согнать пленных в одну кучу и окружить их несколькими ИМР и БРЭМ. За турельные пулемёты и рычаги управления сели офицеры и контрактники, чтобы в случае чего без лишних слов в прямом смысле слова закатать противника в землю.

Сурово, а что поделать? При такой массе, если зазеваться, они смели? бы всех даже голыми руками, не говоря уже о, казалось бы, таких забавных в современной войне копьях и мечах…

Правда, часть кавалерии противника сумела смыться, воспользовавшись общей суматохой и темнотой, а нестись чёрт знает куда по голой степи… Ну, много ума для этого не надо.

Вот только недостаток ума даст о себе знать, когда такая погоня приведёт в засаду.

Какое-то время пришлось провозиться с другого вида пленными – несколькими сотнями гражданских из Владимирска, которые были оперативно перегнаны вторженцами по ту сторону врат. Зачем это было сделано? Судя по тому, что некоторую часть уже успели заковать в кандалы, иномиряне явно не чурались работорговли…

Вяземский невольно сбился с шага, засмотревшись на раскинувшееся вокруг них пространство – с одной стороны сплошной лес, с другой степь… Ну, или учитывая торчащие местами деревья – лесостепь.