Орден геноцида

Дневники, разумеется, были неоригинальными – настоящие остались в руинах Фелзен Кастель, а это новоделы, написанные одним из предков по памяти сразу после бегства в земли Конфедерации. Никакого редкого Дара Архивариуса – просто очень хорошая память и талант, позволившие уместить множество древних фолиантов и трактатов в краткие дневники, где было собрано самое основное.

Как. Убивать. Гейстов.

Что-то вроде «Нет бога, кроме Ормузда, и Третий Спаситель грядет» – вся мудрость со страниц древних книг и свитков, умещенная в одну строку.

Да простится мне такое богохульство. Все ж таки, с одной стороны, охотничьи заметки одного-единственного клана, а с другой – великая Александрийская библиотека, погибшая в попытке спасти ее от наступающих индийских орд.

– Повторяем среднее звено, – категорическим тоном заявил я.

Вилли с готовностью начала листать тетрадку со своими конспектами, а вот Хильда немедленно горестно застонала:

– Курт, ты серьезно, что ли? Ну какое еще среднее звено? Я таких, как они…

– Да ладно? – Я приподнял бровь.

 – И сколько же юная госпожа прикончила рипперов или урсов, а?

Хильда пробормотала что-то неразборчивое.

– Прости, что ты сказала? – Я картинно приложил ладонь к уху.

– Но в общей-то охоте я уже участвовала! – возмутилась сестра.

– Ну, давай все-таки не обольщаться – когда рядом с нами Райнхард, именно он делает львиную долю всего, – флегматично сказал я и неожиданно резко спросил: – Урс. Уязвимые места?

– Э-э-э… – Хильда растерялась.

 – Снести ему башку? Выпустить ему кишки?

– Бззз. – Я издал жужжащий звук и наградил ее воздушным щелбаном. – Ответ неправильный. Хотите еще одну попытку по двойной ставке? Вилли?

– Крупные нервные узлы между ключицей и грудными пластинами, – с готовностью затараторила младшая сестра. – Поражение любого из них парализует урса и приводит его в состояние шока. Череп прочный, держит пистолетные и винтовочные пули малого калибра, но шея уязвима к поражению клинковым оружием и рубящей магией.

И основная точка «М» в районе крестца – ни пластин, ни чешуи, можно пробить даже обычным ножом или из револьвера.

– Двенадцать баллов, Вильгельмина, – показал я ей большой палец.

– Зануда… – пробормотала Хильда, потирая лоб.

Я наставил на нее палец, и сестра пристально на него уставилась.

– Не зануда, а прилежный будущий егерь. Молодец, – веско произнес я. – А ты, Хильда, еще просилась на большую охоту…

– Я молодец, – гордо произнесла Мина.