Трансмутация

А мама Ивара уселась на край бассейна, опустила в воду ноги – даже не снимая тапочек, – и сидела так, болтая в воде ногами, до самого утра. Пока её не отыскала другая медсестра, пришедшая её сменить.

После этого Татьяна Павловна покинула рижский Общественный госпиталь, в котором она работала. И отправилась в другое лечебное учреждение. В дурдом – как без всякого стеснения заявили сестры Ивара. И Настасья подумала: они почему-то ужасно этому рады.

3

Петр Сергеевич не рассердился на внучкин вопрос о замужестве.

– Всему свое время, Настасьюшка, – сказал он. – Вот погоди: я закончу исследования, над которыми работаю, и тогда, возможно, всё изменится. – И он слегка потер левую бровь – в точности так же, как делал когда-то пропавший Настасьин папа.

– Дедушка, а над чем ты работаешь в своей лаборатории? – Настасья ощутила такой елей в своем голосе, что ей стало немножко стыдно; но уж больно хотелось подловить деда: узнать, наконец, чем он занимается уже столько лет – без отпусков и даже почти без выходных дней.

Но Петр Сергеевич только шутливо погрозил ей пальцем, а потом произнес – то ли с деланной озабоченностью, то ли вправду беспокоясь:

– А что это Ивар не идет? Уже девять часов.

И в этот момент, будто в ответ на его слова, на столе перед ним зазвонил телефон.

– Наверное, это он! – Настасья схватила трубку раньше, чем до неё успел дотянуться дед. – Алло!

Однако её ждал неприятный сюрприз: она услышала голос вовсе не Ивара, а его старшей сестры, самой противной из двух – Сюзанны.

– Ив приболел. – Голос мегеры звучал как-то напряженно. – Так что прийти к вам не сможет. Но он просит, чтобы ты зашла к нам сегодня – навестила его.

– А почему он сам не позвонил? – спросила Настасья и тут же, ужаснувшись возникшей у неё мысли, задала другой вопрос: – Случилось что-то плохое?

Она подумала: колберы всё-таки добрались до него. И он превратился в одного из тех, кого именуют безликими. Настасья знала – почему. Тот ролик в Глобалнете в полной мере её просветил.

– Да ничего страшного! – заторопилась Сюзанна. – Попил молока прямо из холодильника, и у него разболелось горло. Так что он может говорить только шепотом. Потому-то я звоню вместо него.

– Я сейчас к вам спущусь! – сказала Настасья и повесила трубку.

– Откуда у них молоко? – удивился Петр Сергеевич, когда она ему всё рассказала. – А впрочем, наверное – порошковое. Я сейчас провожу тебя.