Когда падают звезды

Прикажете принять или отправить восвояси?

– Анастасия Аржанова? – услышал этот доклад светлейший хан, – Неужели она снова в Крыму?

– Разве вы знакомы с ней, ваша светлость? – деланно удивился Веселитский. Ему было кое-что известно о предыдущей командировке Флоры на полуостров.

– Знаком, – кивнул Шахин-Гирей.

– Может быть, пригласить ее?

– Обязательно. Я по-прежнему неравнодушен к женской красоте.

– Думаю, вам есть с чем сравнивать, – пошутил действительный статский советник. – Гаремы восточных владык…

– О нет! – перебил его правитель, – Вы ведь знаете, я – против диких азиатских нравов.

«И восемь наложниц в возрасте от четырнадцати до двадцати лет, купленных на невольничьем рынке в Гёзлёве!» – добавил про себя Веселитский.

Однако пикантный разговор о женщинах им пришлось прекратить. Камердинер привел на веранду посетительницу. Петр Петрович ожидал опять увидеть на ней синее карако, так выгодно подчеркивающее ее стройную фигуру. Но не по-осеннему теплая погода позволила Аржановой сегодня надеть обычное платье для визитов изумрудного цвета, накинув на плечи тонкую шаль из валенсийского кружева.

– Добрый день, ваша светлость! Добрый день, ваше превосходительство! – присела в глубоком реверансе молодая женщина, одновременно приветствуя и хана, и главу русской дипломатической миссии.

– Добрый день, любезная Анастасия Петровна! Вижу, отдых пошел вам на пользу, выглядите вы замечательно! – Петр Петрович шагнул к ней, поцеловал протянутую руку, весело заговорил о погоде.

Возможно, светлейший хан тоже хотел бы прикоснуться губами к прелестной ручке, так же запросто обратиться к старой своей знакомой, с улыбкой говорить ей комплименты. Однако восточный этикет подобных вольностей не допускал. Согласно законам шариата, в общественных местах, на людях мужчинам следовало избегать женщин, как зачумленных, зато дома они могли обращаться с женами и наложницами, точно с рабочей скотиной.

Правитель крымско-татарского государства лишь издали чуть-чуть поклонился красавице, приложив правую руку сначала ко лбу, потом – к сердцу.

Аржанова это понимала.

– Безмерно рада снова видеть вас, ваша светлость, – сказала она. – Надеюсь, вы пребываете в добром здравии?

Анастасия начала светскую беседу и повела ее легко, свободно, просто. Прошлые встречи с Шахин-Гиреем давали ей такое право.