Там, где твое завтра

Потом он посмотрел на маму и кивнул, подчеркивая, что ошибиться он не мог.

«Весь в дядю» означало, что пение предметом не считалось, и даже тройка за четверть вызывала у папы лишь понимающую улыбку. Так незамысловато, слегка иронично, но весьма убедительно меня определили с наклонностями и предпочтениями. Вряд ли кто-то задумывался, что, по логике вещей, унаследовать при таком раскладе нужно было и все отрицательные стороны. Но я как исключение должен был по крупицам собирать только хорошее и только от тех, на кого укажут пальцем.

Запил сосед – у них на фабрике стачка.

С чаем беда – осталась одна пачка.

На кухне записка: «Не жди, останусь у Гали».

По телику рядятся, как дальше жить, – достали.

Славик самозабвенно наяривал на гитаре Шахрина, а мне оставалось лишь ловить восторженные взгляды, которыми девчонки испепеляли друга. В какой-то момент Женька бросал чуть снисходительное:

– Отдохни. – Он улыбался, как артист с обложки журнала, брал гитару, чуть отгонял от себя дым, с легким чувством брезгливости и пел о каком-то моряке, который заливал горе вином.

Сейчас тот репертуар уже не кажется разнообразным. Особой популярностью пользовались сюжеты о разбитой любви, которые соответствовали духу времени и законам жанра. Может, играли и плохо, вероятнее всего, пели еще хуже, но факт оставался фактом – в сражении за дамские сердца я проигрывал битву за битвой.

К четвертому курсу, когда очередная любовь растаяла как дым, а новых увлечений, отвлекающих и не дающих сосредоточиться на процессе образования, не нашлось, я с головой ушел в книги и конспекты, что незамедлительно сказалось на результатах. Неожиданно учеба вдруг начала даваться легко. Курсовые я писал по три штуки за вечер всем желающим, по два доллара за черновик. Переписывать, оформлять и вырисовывать схемы я не любил, да и времени оно занимало больше.

А еще за время учебы сложилось ощущение, что преподаватели по самым тупым, абсолютно бесполезным и скучным предметам имеют свойство выставлять самые высокие требования. Практически ни на одном предмете, связанном со специальностью, будь то микроэлектроника или микропроцессоры, которые имели отношение к будущей работе, не проверяли присутствующих. На них не грозились показать «кузькину мать» на экзамене и не рассказывали, как важен именно их предмет.