Между двух миров

Молодой герцог считал советника своим вторым отцом, потому что среди своих забав и трудов Эсер находил время заботиться о нем больше, чем родной папаша.

– Здравствуйте, Ваше…Высочество! – приветствовал его Эссен, словно запнувшись перед титулом…

– Здравствуй, – кивнул ему Ганс и покосился на барона. Тот лежал на постели. По его бледному лицу, начавшему уже принимать желтоватый оттенок, трудно было что-то сказать. Глаза папаши были закрыты. Шло время, свечи уже ощутимо оплывали, а герцог продолжал молчать.

– Что случилось? – недоуменно поинтересовался у Эссена Ганс.

– Он звал тебя. Подожди – ответил тот и добавил шепотом, – совсем слаб. Сегодня- завтра, доктор сказал – умрет.

В этот момент старик открыл глаза, и Ганс невольно вздрогнул. Его обычно бесцветные, практически неживые глаза, теперь смотрели на юношу с ехидством.

– Привет, сын, – прохрипел герцог.

– Здравствуйте, отец, – церемонно поклонился Ганс.

– Брось, – махнул рукой герцог, – сейчас нам не до формальностей.

Чувствую, немного мне еще кувыркаться, поэтому я решил передать тебе нашу последнюю волю.

«Нашу последнюю волю». О себе во множественном числе. Что ж, пусть смешно, но абсолютно законно. Сердце Ганса забилось быстрее. Он под предлогом скорой кончины папаши уже успел назанимать кучу денег, поэтому сейчас наступал момент истины.

Старик опять закашлялся. Откашлявшись, он продолжил.

– Итак, сын, хочу я этого или не хочу, ты станешь владельцем герцогства как единственный мой законный наследник.

С тобой останется мой верный слуга Эссен. Он будет помогать тебе, и до тех пор, пока он не умрет сам, ты не вправе подвергнуть его опале. Я знаю – это жестоко, но ты – моя родная кровь, и ты взял от меня худшую половину. Я также хочу, чтобы он помог в том деле, которое я хочу тебе поручить. Наши предки уже несколько веков передают из поколения в поколения тайну, о которой пришло время узнать и тебе.

Сенешаль сделал движение, чтобы встать и выйти из комнаты, оставив августейших особ наедине.

– Эссен, останься, – поднял руку старик.

– Но милорд, эти слова предназначены для ушей вашего сына. Меньше знаешь – крепче спишь, как говорят в моих родных местах.

– Нет, Эссен, ты тоже должен здесь быть. Ганс может не справиться. Ему далеко до меня. Очень далеко.

– Действительно далеко, – подумал Ганс, – до такого маразма, как назначение регента при совершеннолетнем наследнике престола никто пока еще не дошел.