Хроники Священного союза

…хочу отомстить им! Всем, чтобы они захлебывались кровью, плевались ей, чтобы вороны рвали их тела и клевали глаза! Кровь можно смыть только кровью! – она в ярости вцепилась ему в плечи, грозно сверкая глазами.

– Ты права, Энея, час расплаты близок, – Доргар усмехнулся, попав под влияние ее чувства мести, которое было их общей слабостью.

– Я уйду ночью, когда лагерь заснет, – ответила она, успокаиваясь.

– Посланец Аголорда… – пробормотал Доргар, понимая, что воин, направленный чтобы остановить искателя амулета, это его сестра.

– От тебя ничего не утаишь, – кивнула она, опускаясь на тюфяк. – Его нужно остановить. От этого зависит наше с тобой будущие.

– Будь осторожна, – просто пожелал ей брат.

– Все как всегда, – ответила она.

Он опустился рядом с ней, и положив голову ей на колени, закрыл глаза. Она ласково взъерошила его волосы и мягким бархатным голосом запела:

«Шелест крыльев стих в ночи,

Меркнет свет скупой свечи,

Ворон тенью сел на тис,

Смотрит черным глазом вниз».

Эта тихая песня, сочиненная Энеей у походного костра, стала их уютным пристанищем, единственным напоминанием о былых временах, когда были живы родители.

Доргар погрузился в воспоминания. Они никогда не говорили о родителях, словно боясь потревожить оставшиеся в памяти тени, которые легко мог развеять в прах ветер пустых и незначительных слов. Он вспомнил старого мага, что спас их, развалины родового замка и девочку с бледным, но решительным лицом, держащую кинжал в побелевших пальчиках… готовую защищать их жизни до последнего вздоха…

"Расскажи мне, ворон-друг,

Будет ли разорван круг?

В хороводе тусклых дней,

Как мне быть с бедой моей?

Боль, разруха, детский плач,

От меня ты глаз не прячь,

Чую, близиться гроза,

Я уже не вижу зла.

Кровь и боль, сердца в клешнях,

Мною движет месть и страх,

Ты уйми мою печаль,

Сердце к сердцу, к стали сталь.

Но пусты его глаза.

Ворон в ней не видит зла.

Ночь начало всех начал,

Взмах крыла и ты пропал!

Ты живи тоской своей,

Но сомнения не сей,

Сердце встрепенется вновь

Если в нем жива любовь.

"

Она закончила и осторожно положила голову уснувшего брата на тюфяк. Затем неслышно собралась и выскользнула в ночь. Ее ждал человек, ищущий амулет. Через несколько минут из лагеря выехал всадник, плотно закутавшийся в длинный плащ, скрывающий лицо под опущенным забралом и направился в сторону Драккара

Доргар открыл глаза и с тоской уставился в потолок палатки.