Хроники Шандала 4. Последнее пророчество Таурона

С утра мы выехали в Очарованный лес, где, по просьбе Стэлле, занимались поисками каким-то образом попавшего туда минотавра. Я сначала не поверил, когда услышал рассказ Стэлле, но она привела неопровержимые доказательства.

Это создание встречалось очень редко и отличалось неуступчивым характером и впечатляющей силой, поэтому твари, населявшие Очарованный лес, не смогли с ним справиться. Вообще, если быть более точным, я сам напросился на это дело.

За пятнадцать лет, прошедшие со времени заключения мира, я очень редко выбирался из Феерграда.

Вдобавок – к моей вящей радости – она умудрилась, используя какие-то заклинания фей вперемежку с напитками, приготовленными из трав Очарованного леса, сохранить мне молодость. И внешне, и внутренне. Ведь, несмотря на мои магические способности, фактически я не являлся магом в полном смысле этого слова. Рейнджеры стареют, как и обычные люди.

Так что я, несмотря на отмеченные недавно сорок лет, чувствовал себя на все двадцать и, надеюсь, выглядел на них. Хотя, честно признаюсь, по поводу своей внешности я никогда не обольщался, прекрасно зная, что в ней нет ничего особенного.

Рядом с феей я забывал обо всем… Впрочем, не совсем. Периодически во мне просыпался рейнджер, и я отправлялся в ближайшие к Стране фей королевства, где работа находилась всегда.

Мир, установившийся в Шандале, позволил Великим волшебникам вновь заняться своим любимым делом – созданием всевозможных тварей и бесконечными интригами, постоянно завершающимися небольшими приграничными конфликтами.

Во время своих редких путешествий я старался держаться подальше от Великих. Да и они меня, надо признаться, беспокоили лишь первый год. Потом отступились.

Один Солавар иногда донимал меня непонятными разговорами о надвигающейся войне. Выслушивая его несколько раз в год в течение пятнадцати лет, я думал, что старик начинает сходить с ума…

Я еще раз выкрикнул имя гнома, и он появился.

На нем были штаны, рубаха, кожаная жилетка и остроконечная шапка – все разных цветов (преобладал красный). Но верхом изящества мой партнер, судя по всему, считал ярко-желтую остроконечную шапку.

Гном есть гном!

– Ты куда делся? – грозно поинтересовался я.