Хроники Шандала 3. В двух мирах

Конечно, можно было поймать тачку и договориться с водителем, все-таки в карманах у Ивана было несколько десятков полновесных золотых монет Шандала, но только вот какой нормальный водитель подсадит голосующего в такой одежде, какая была на Иване зимой, в мороз?

Иван осмотрелся и шмыгнул в ближайший подъезд. Его сразу оглушили привычные запахи московских подъездов. Вдыхать этот букет после свежего морозного воздуха было тяжело. Но здесь по крайней мере было более-менее тепло.

Он встал в самый темный угол, хотя горевшая слабым неверным светом лампочка делала все их темными, и задумался. Первым делом надо было достать одежду! Как это сделать, он не представлял. Не идти же по квартирам просить! Могут и морду набить! Может, магия?

Он сконцентрировался и к огромной радости почувствовал бурлившую в нем силу. Но едва он попытался трансформировать ее в заклинание, как перед глазами поплыли зеленые мошки, в ушах зазвенело, и он чуть не потерял сознание.

«Видимо, слишком устал», – решил он. Надо было выспаться, но не делать же это в темном подъезде.

Ему повезло. Входная дверь гулко хлопнула, и в подъезд вошла невысокая старушка. Этакий божий одуванчик. Иван встретился с ней взглядом и понял, что нельзя упускать момент.

– Извините, – начал он, импровизируя на ходу, – меня ограбили, не могли бы вы мне помочь. Пожалуйста! Может, у вас есть какая-нибудь одежда? Я бы заплатил!

О том, что у него в кармане имелась пригоршня монет из чистого золота, Иван старушке сообщать не стал.

– Что ж с тобой делать, милок?! Пойдем со мной! Чего-нибудь придумаем! В милицию-то чего не пошел?

Иван отрицательно замотал головой и махнул рукой, стараясь изобразить на лице отчаяние и безнадежность!

Старушка сочувственно закивала и начала подниматься по лестнице. Иван, с трудом веря в свою удачу, пошел за старушкой.

Пока Иван обозревал комнаты, старушка, представившаяся Верой Ивановной, успела вскипятить чаю и сделать несколько бутербродов. Иван не нашел в себе силы отказаться от угощения, так как страшно продрог и сильно проголодался.