Все, что останется

Ритуал был настолько привычный, что у полок практически не задерживался, лишь бегло пробегая по срокам годности. Набор стандартный, выверенный годами, и причин отклоняться не было никаких. Уже у двери квартиры он попытался взбодриться и вошел, сверкая улыбкой и излучая максимум оптимизма.

– Вот и я. Заждались? – Роберт прошел в комнату.

Даже в больничной палате ощущения были легче. Специальная кровать, наборы всевозможных приспособлений, расставленные повсюду бутылочки, баночки, рассыпанные таблетки – все это стало их жизнью и их болью.

Тот день перевернул все. Сыну едва исполнилось шесть, когда в результате нелепой аварии оказался поврежденным позвоночник. И вот уже десять лет Матвей был прикован к постели. Немножко двигалась левая рука, и он даже мог перевернуть страницу книги или нажать кнопки на клавиатуре. Казалось, что пережить такой удар не хватит никаких сил. Сколько слез было пролито, сколько бессонных ночей, сколько истерик пришлось пережить! Казалось, жизнь замерла, разделившись на до и после трагедии.

– В аптеку зашел? – Оля даже не оторвалась от телевизора.

Они смотрели подряд все программы. С тех пор как своя жизнь вдруг потеряла смысл, утешение осталось лишь в том, чтобы обсудить происходящее у других. Всевозможные ток-шоу с падкими на сенсации журналистами увлекли их неожиданно и полностью. Вот и сейчас обсуждение какого-то очередного мыльного события интересовало больше, чем его появление.

– Матвей, мы же планировали продолжить работу над программой. – Он смотрел не то с жалостью, не то с раздражением.

Смириться с тем, что жизнь закончилась, не хотелось и от того скрывать злость становилось все сложнее. Роберт искал все новые возможности увлечь сына, найти ему что-то, что сможет заинтересовать и чем он сможет заниматься даже в таком положении. Ведь голова работала, времени было сколько угодно, а он был готов помочь и поддержать. Но все усилия разбивались о стену непрекращающейся депрессии, которая и его начинала сводить с ума.

– Пап, кому нужна эта программа? Ну, а если я разберусь? Ну, напишу я ее гениально? Дальше что? Купим мне кровать крутую? Или телевизор еще больше? Кому это надо? Зря только напрягаться.

– Оставь сына. Ему и так тяжело. – Жена посмотрела укоризненно.

– Ладно. Я просто думал, что тебе это может быть интересно. Дожидаться ответа Роберт не стал. Переоделся и прошел на кухню.