Маленький ныряльщик

А может быть, боты – я застал еще этот вид обуви в детстве. Но наверняка не скажешь, что сейчас носят – подолы все скрывают, только изредка носок покажется на глаза. А вот верхняя часть комплекта – на любой вкус. От коротких, до пояса, мило отороченных мехом курточек, до суконных приталенных пальтишек, при виде которых на память приходит слово «свитка». И ничего, что было бы до пят. Не зима уже – морозы миновали, но до лета пока далеко.

Мужчины же носят длинные плащи, как с рукавами, так и с обширной пелериной, из-под краев которой при надобности высовывают руки.

Впрочем, это я о господах благородного вида. А еще встречаются уже знакомые мне армяки, но не из домоткани – явно из материала мануфактурной выделки, и даже пошитые с некоторым шиком.

Тот факт, что со мною раскланиваются, поначалу вызвал легкое недоумение, но я сообразил, что подобный обычай примечал и в свое время в русской глубинке… давненько. Так вот тут как раз и есть глубинка, и именно давненько. А кивнуть в ответ – это у меня давно получается на автомате.

Походите-ка с мое по заводу, где работают тысячи человек, которых всех ни в жизнь не упомнишь! Невольно станешь кивать на любой приветливый или узнающий взгляд. Иначе окажешься гордецом и невежей.

Между тем, по мере продвижения к центру, дорога перестала чавкать под ногами. Влажная она, да, но плотная. Как будто что-то в нее подсыпали, на манер каменноугольного шлака. И тропинки, идущие вдоль заборов, хорошо утоптаны. Вывески портного и сапожника над крылечками выходящих на улицу домов, поперечные переулки, в конце которых слева видна недалекая река – улица не вела меня к центру, а огибала его вдоль берега.

Купол колокольни маячил справа, а слева до моих ноздрей донесся запах съестного.

Он шел из распахнутой двери двухэтажного дома. Вывеска «Трактиръ» не оставляла сомнений в том, что нюх меня не обманул. Хм. На первых порах не будет ничего зазорного в том, чтобы устроиться посудомоем за еду и койку, – эта мысль показалась мне простой и естественной.

Я ведь тут никого и ничего не знаю, так что не стоит привередничать.

Вошел. Просторная комната со столами, накрытыми скатертями. Кроме входной двери, есть еще две, ведущие вправо.

Из-за конторки, пристроенной слева у окна, навстречу мне повернулся молодой чисто выбритый мужчина в белом переднике поверх заправленных в сапоги шаровар. Атласная косоворотка застегнута под самым горлом, а на сгибе руки висит полотенце. Это половой.