Независимый

А фрегат Сэйлора посылал в него точные залпы в упор, между которыми матросы все как один перезаряжали орудия, и Робер де Брильяр, стоявший рядом с Сэйлором, как первый помощник, получал удовольствие, наблюдая за слаженной работой команды в первом, общем для них бою. А эта слаженная работа в свою очередь была итогом долгого труда Джорджа по обучению разношерстной команды и доведению ее действий до автоматизма с сохранением кооперации, что и является одним из главных факторов успеха в бою. И вот первый результат этой работы был налицо.

Тем временем, второй британский фрегат, освободившись от препятствия, мешавшего ему развернуться, стал пытаться с использованием уцелевшего парусного вооружения занять выгодную позицию. Но все надежды английского капитана хоть как-то постоять за себя рухнули с еще одним залпом книпелями, раздавшимся с «Независимого». Многострадальный фрегат Его Величества был достаточно близок, чтобы орудия Сэйлора успешно использовали против него картечь, что и входило в планы Джорджа.

– Заряжайте картечь!… Стрелки, товсь! – по этим словам капитана, стрелки, стоявшие в линию на опердеке, вскинули ружья, – Стрелки, огонь по усмотрению… Правый борт… Пли!

Град картечи обрушился на суетившихся на палубе вражеского фрегата матросов. Тут же стрелки Сэйлора посбрасывали в воду тех, кого картечь не задела, и кто оставался в поле зрения.

– Что ты мне скажешь, Робер? – этот внезапный вопрос Сэйлора вывел его помощника из оцепенения, с которым де Брильяр наблюдал происходящее.

– Ничего особенного. По-моему все идет очень хорошо.

– А по-моему не очень, – после этих слов Сэйлора, Робер почувствовал у себя на левом плече дуло винтовки Джорджа, а прозвучавший через мгновение выстрел пахнул в лицо де Брильяра горячим дымом и порохом и оглушил первого помощника.

– А теперь что скажешь? – в этом вопросе Сэйлор нисколько не менял спокойной интонации своего голоса.

– Но я не понимаю… – Робер был в недоумении.

– А тут и понимать не надо. Их командир дельный человек был. Он командовал им залечь и не высовываться. Если бы так пошло и дальше, то наша картечь бы ничего не дала. Но теперь командира нет в живых… Почтим же его память… – в это время команда английского корабля, лишившись руководства, вновь засуетилась на палубе. – Пли!

Новый залп картечью смел с опердека еще с полтора десятка человек.