Последний рейд 2

Когда до площадки на скале оставалось метра три, я жестом скомандовал остановить подъём.

Площадка тихонько покачивалась, мы замерли, схватившись за тросы. Из-за неровного каменного края торчала растительность. Листва растений и ветки небольших кустов трепыхались на ветру, разбрасывая мелкие капельки воды. Дождь только что закончился, но стекло шлема забрызгивало от души. У меня возникла мысль выстрелить кошкой в край скалы немного в стороне и подняться там. Оценил за и против. Махнул Макнелли поднимать дальше. Остановить, когда глаза будут выше края и осмотреться? Времени нет! Я дал отмашку, когда мы уже могли легко шагнуть на поверхность скалы.

Шагать никто не торопился. Мы поднимались, глядя вперёд через прицелы винтовок, настроив их на режим тепловизора. После дождя всё неживое быстро остыло и теперь всё бегающее и ползающее было как на ладони. Никого крупного на поверхности скалы не оказалось. Лось уселся на площадке и закинул кошку на камень. Когда площадка прижалась к краю скалы, я вбил в камень пару скальных крюков и закинул на них подготовленные швартовочные верёвки.

Вот теперь можно шагать.

Я пошел первым, леха за мной. Площадка была довольно плоской. Со стороны моря край немного задирался вверх. Ну как немного? метра два. Просто идеальная защита от морских бризов. Понять, насколько площадка ровная, мешала растительность. Поверхность скалы была полностью покрыта зеленью, сплошным ковром. Нам пришлось достать мечи и старательно вырубить весь кустарник. Траву за это время затоптали ногами.

Мелкая живность во время расчистки металась из угла в угол. Некоторые пытались на нас нападать, защищая своё гнездо. Эти зашли под меч и были убиты на месте. Некоторые прыгали со скалы вниз, вызывая вопли испуга и негодования у наших, что были внизу. Одна мелкая зверушка прыгнула на платформу и сидела там, содрогаясь всем телом. Я сначала замахнулся на дрожащее тельце, но потом стало жалко. Да пусть живет себе!

Завершив очистку, мы шагнули на платформу и я махнул Макнелли, чтобы он нас опускал.

Пока лебёдки разматывали тросы, Пушистая мелочь прижалась к моей ноге и с ужасом в глазах озиралась по сторонам. Меня это так умилило, что я наклонился и взял её в руки. Мелочь уставилась на меня круглыми слезящимися глазами, произведя контрольный выстрел в сердце. Я настолько умилился, что прижал это к себе и начал гладить. Мне даже показалось, что я чувствую, как она мурчит. Вот блин, спас котика! Лось смотрел на меня, как на больного.