Переходящие границы

А что касается твоей бригады, которой ты командуешь, ты так и не ответил на вопрос.

Суровьев пролистал паспорт и военный билет, затем засунул их за пазуху и ответил:

– Бригада в твоем распоряжении, приказ уже отдан, забирай их и вали к столице. Или куда вы там собрались.

– Вот и славно, – ухмыльнулся Пригген и выбросил окурок.

Суровьев задумался и спросил:

– Что там с НАТО[22 - НАТО, Организация Североатлантического договора (англ. North Atlantic Treaty Organization) – военно-политический блок, объединяющий большинство стран Европы, Соединённые Штаты Америки и Канаду и созданный с целью защиты Европы от возможной советской, а в дальнейшем, российской угрозы.

]?

– Их войска за целый месяц так и не предприняли никаких попыток к ответным мерам. Так что мы гуляем по Польше, где хотим.

– Вот тебе и пятая статья устава НАТО! Только языком чесать умеют, а на деле трусы! – обрадовался Суровьев и довольно ударил кулаком по столу.

– Кто бы говорил про трусов! Сам-то решил свалить к ним! Смотри, не покажи там случайно одновременно два паспорта! – рассмеялся Пригген и закурил следующую сигарету.

– На себя посмотрите – вы вообще пошли на сделку с западом! Вот вы и есть самые настоящие предатели! – захохотал в ответ Суровьев.

– Как сказал глава нашей ЧВК «Череп», власть пора менять, чтобы одержать победу, – процедил Пригген сквозь зубы, – а я лично никого не предавал, у меня вообще американское гражданство.

– Ах да, точно… Как тебя вообще взяли в «Череп»?!

– Я родился в Штатах, мать эмигрировала из СССР, отец… Я его не знаю даже.

Лет в 18 я перебрался в Африку подальше от закона, ну и там началась моя интересная наёмническая жизнь, где я и попал в «Череп». У меня неплохой 20-летний опыт ведения боевых действий на открытой местности и в городской застройке. И русский язык я знаю в совершенстве.

– А семья у тебя есть?

– Можно и так сказать: у меня сын в Сакраменто. Отбывает срок за разбой. Я правда с ним виделся раза 2 или 3 наверно за всю жизнь.

Вот сейчас подзаработаю тут денег и наведаюсь к нему, – усмехнулся Пригген, пуская дым, а затем проговорил: – Ладно, полковник, хватит болтать. Мне нужно выдвигаться.

Суровьев поднялся из-за стола, подошел бару и, достав оттуда бутылку водки, наполнил из нее два стакана. Один он протянул Приггену, а другой взял сам и со словами:

– За новую жизнь что ли, – опорожнил его.

– За удачу! – ответил Пригген, осушил свой и, поднявшись, ушел.