Хиромант. Том 1

– Что ты делаешь, Катя?!

Сергей попытался остановить ее, но не смог – через миг клочья рваной бумаги понеслись над водою.

– Котенок, ну, это же документ! – Сергей перегнулся над парапетом, хотя понимал уже, что повестку достать не получится.

– А что тебе дороже: я или твой документ? – запальчиво бросила девушка.

Неожиданно сморщившись, Катя крепко схватила Сергея за шею:

– Сережа, послушай, всё можно исправить – тебя еще могут восстановить в университете! У моего отца есть знакомые…!

– Перестань, в университете меня в этом году уже не восстановят!

– Ну, тогда тебя можно «отмазать» от армии! Я попрошу отца – для него это просто!

– Кать, твой папа не будет мне помогать! Ты, наверно, забыла, чем кончилась наша последняя встреча?

– Ну, тогда я могу это сделать сама! У моего отца есть знакомые! Я попрошу их помочь тебе – так, чтобы папа об этом не знал! Или проще: я возьму у них деньги – мы дадим взятку в военкомате!

– Прекрати, – он качнул головой, – ты же знаешь, что я не возьму этих денег!

Голос девушки дрогнул:

– Ты откажешься, чтоб тебе помогла даже Я?!

– Ну, послушай…

– А что тебе важнее: я или твои дурацкие принципы?

– Котенок, я всё сделаю сам!

– Ты всё сделаешь сам?! – в тонком голосе Кати начала пробиваться истерика.

Она вдруг наставила на него указательный палец.

– Так вот не надейся! Если ты уйдешь в армию, то я… я не знаю, что сделаю!.

Сергей на короткий момент ощутил изумление, но почти моментально почувствовал, как дурацкий смешок, словно камнем застрявший в гортани, превращается в горечь.

– Котенок, ну, что ты сейчас говоришь? – он попробовал было ее приобнять.

Резко двинув плечами, Катя сбросила руки Сергея и гневно закончила:

– Телефон мой ты знаешь. В течение недели не позвонишь – я улетаю в Америку!

– Кать, ну, давай успокоимся! – Сергей попытался опять притянуть к себе девушку.

– Я уже успокоилась! – она окончательно вырвалась из объятий Сергея и бросилась в сторону. – И не ходи за мной, понял?!

– Котенок!

Сергей ощутил, как волна резкой боли и гнева затопила его существо.

Внезапно его мрачный взгляд машинально упал на картонку, прибитую ветром к бетонному парапету. Сжав зубы от злости, он яростно пнул по коробке.