Гулы. Книга вторая: Мухи и пауки

Помолчав, Скала мрачно добавил:

– Правда, я не уверен, что вы найдете там что-нибудь, кроме сгнившего дерева!

С минуту комиссар напряженно смотрел на врача, и в глазах его читалось ничем не прикрытое недоверие.

– И все-таки я не верю в оживших мертвецов, Умберто, – повторил он.

– Это ваше дело. Мое – предоставить вам факты… Кстати, я только что исследовал останки, найденные в заброшенном доме у Чимитеро ди Джовани.

– Это те, что сожгли? – автоматически выдавил Гольди.

– Ну, да… И я обнаружил на них кое-что необычное. На черепе сохранились остатки скотча – несколько расплавленных кусков. Так вот, на внутренней поверхности этих кусков обнаружились следы «воска».

Гольди, в который уже раз за это утро, напрягся, а Скала продолжил:

– Но это не всё… Найденный череп пробит. Но оказалось, что пробит он не камнем или, допустим, каким-нибудь инструментом, а пулей!

– Что… пулей? – переспросил комиссар. Внезапно недоверие в его взгляде сменила тревога.

– Ага, – Скала твердо кивнул. – Миллиметров семь или восемь. Причем, судя по свежим сколам на кости, произошло это не больше двенадцати часов назад.

Чувствуя, как в груди его зарождается тошнотворный комок, Гольди спросил:

– Пуля от пистолета или винтовки?

– Возможно и то, и другое… Подробней вам ответит баллист, но я бы сказал, что, скорее всего, от винтовки.

– Например, такой как «рэмингтон»?

– Да, – протянул доктор Скала, обдумав вопрос, – «рэмингтон» подошел бы по калибру.

Неожиданно тошнотворный комок, появившийся в его теле, превратился в самый настоящий ком льда – Гольди почувствовал, что вконец теряет возможность думать логически. Он вспомнил слова смотрителя Чимитеро Нуово, услышанные им полчаса назад, – о том, что из могил на кладбище неизвестные выкопали двенадцать целых покойников, – и с отчаянием подумал: «Господи, да что же происходит в этом городе?!»…

* * *

К половине десятого на пустырь, расположенный в пятистах метрах от речного порта, начали съезжаться легковые машины.

Все они были забиты мужчинами в возрасте от двадцати до сорока лет… В течение десяти минут автомобили подъезжали на пустырь один за другим, останавливались на свободном месте, после чего водитель глушил двигатель, а сидящий рядом человек выбирался из машины и шел к большому «лэнд-роверу», замершему посреди пустыря.