Гулы. Книга третья: Схватка

Это нечто вроде памяти, хранимой землей: еще находясь в ней, каждый гул узнаёт о существовании людей, которых он должен бояться и которые в любой момент могут прийти и убить его, и сохраняет это знание в течение всей своей жизни… Впрочем, – повторил Аз Гохар, – это всего лишь предание, перешедшее к нам от Язатасов и передающееся в нашем роду. Его никто не проверял, поэтому я не могу утверждать, что всё обстоит именно так.

– Но ведь Вассах знает о вас?

– Разумеется.

– Значит, ваше объяснение верно.

– Возможно. Но не исключено, что здесь существует другая причина: вполне вероятно, что Вассах знает обо мне и из будущего.

Брови на лице комиссара встревоженно изогнулись.

– Вы имеете в виду, что Вассах может видеть вас в будущем?

– Да, не исключено, что скоро мы встретимся, и он знает об этом!

Гольди кивнул, дав понять, что он понял услышанное:

– И все-таки возвращаясь к тому, о чем я вас уже спрашивал… Теперь, когда вы объяснили, что гулы способны заглянуть в будущее, становится еще непонятнее, почему Вассах не убил меня возле монастыря – ведь если он может видеть будущее намного вперед, то должен был знать, что мы с вами встретимся, а после этого я вызову подкрепление из Милана.

Аз Гохар перевел взгляд на Гольди и какое-то время смотрел на него, но как будто не видел, а потом в глубине его глаз неожиданно вспыхнул огонь.

– Комиссар, кажется, только что вы натолкнули меня на один интересный вывод!

– Чего? – бросил Гольди.

– О том, почему Вассах не убил вас возле монастыря… – Кончики губ Аз Гохара чуть дрогнули. – Для нас это очень важный вывод, комиссар! Вы даже не представляете себе, насколько!..

* * *

Оставив позади улицу с горящим грузовиком, Франческо пробежал полтора квартала и оказался в пятистах метрах от Виа Мареа, на небольшой улочке с трехэтажными домами. Нырнув в подворотню первого же из них, пересек двор, ворвался в подъезд и помчался наверх, перепрыгивая через пару ступеней и чувствуя оглушительные удары в груди.

Через короткое время он оказался на лестничном пролете третьего этажа, остановился у окна, тяжело дыша и понимая, что неспособен больше сделать движения, бросил взгляд вниз, но никого не увидел: крошечный двор дома был пуст – за исключением мертвого старика, лежащего возле резных колонн арки.