Ячейка №30

Настолько боялся, что потерял всех друзей и близких со временем, старался найти БЕССМЕРТИЕ любыми возможными способами, – дым валит из его рта, а я выключаю линзы, которые потеряли свой смысл.

– Множество финансовых ресурсов для этого было? – раньше я никогда не запоминал это.

– Чрезвычайно, но особо больные танатофобы боятся даже из дома выйти, лишь бы не УМЕРЕТЬ.

– И от чего же ты боялся умереть каждый день собственной жизни, стараясь обеспечить себя безопасными для здоровья условиями? – обретая всю возможную физическую силу, ты не всегда становишься сверхчеловеком, а обретая самосознание, не всегда становишься человеком.

– Рак легких – вот чего я боялся. Каждую неделю я был в больнице на очередном обследовании, очередном анализе, я боялся даже малейшего отклонения от нормы, трясся над каждым показателем, а мой организм иногда предательски сбоил.

– Твои легкие за 6 веков не потеряли форму, как понимаю? Неужели вас наделили бессмертием, когда вы стали «идеальными солдатами»?

– Я боялся единственного, что могло меня спасти от такой жизни.

Ни любви, ни дружбы, ни хобби – все ограничивается страхом смерти, а я как рыбка в аквариуме, которая пытается долбиться в стенки сосуда, но не может, иначе, выйдя за клетки аквариума – она СДОХНЕТ. Знаешь, у меня был лучший друг в подростковом возрасте, который УМЕР в автокатастрофе. Тогда я думал, что ему не повезло больше, чем всем остальным на этой планете. А теперь я понимаю, что он вытянул лотерейный билет в тот момент, когда его Хёндай Туксон врезался в Лексус на огромной скорости.

– Забавно выходит, что столько времени ты ждал меня для того, чтобы поплакаться мне в жилетку. Однако к делу: как ты вообще стал омикроном, да и кажется, существуют другие такие же, как и ты, да? Кто вы вообще такие?

– В погоне за суперсолдатами человечество использовало то, что начало разрушать его основные социальные структуры – амиловирус. Поняв, что вирус приспосабливает носителя к большинству экстренных условий, его решили использовать для создания стинамсолдат, которые являлись теми же самыми суперсолдатами, – сидит на полу, опираясь спиной на колонну, и смотрит на меня.

– А потом? – Чарльз уже, наверное, уснул, все равно не может спуститься – темно.

– А потом… я сошел с ума. Одиночество и страх давили на меня ежедневно, заставляя меня оставаться наедине с биением собственного сердца. У меня начались психозы и галлюцинации, в тот момент, когда я остался один.