Коронный дознатчик. Сыскарь. Легавый. Агент

 – Какие-то проблемы?

– Ещё какие, – кивнул жандарм и сурово отрапортовал: – Сегодня за городом обнаружен пароход князя Снежина. Точнее, то, что от него осталось после взрыва.

– От парохода или от князя, – тупо спросил я, похоже, ещё не полностью оклемавшись после бурной ночи.

– От парохода.

– А князь? Что с ним? – с надеждой спросил я.

Но был тут же разочарован:

– Погиб. Найден неподалёку мёртвым.

– Вот как? – мозг скребнула дурацкая мысль, что теперь, по крайней мере, никто не набьёт мне из ревности морду, но я этот бред из головы выкинул и обеспокоенно взглянул на княгиню.

– Скорее всего, поздно вечером или ночью, – уверенно доложил Пехов. – Взорвавшийся котёл давно остыл. На место выехали эксперты, но ваше присутствие там тоже необходимо.

– Сударыня, – вновь повернулся я к княгине, – вы отправитесь с нами?

Однако вместо так и не пошевелившейся девушки ответил ротмистр:

– Её Высокородию лучше на такое не смотреть.

– Да прямо сейчас, – поспешил я его заверить. – Лишь на минуту поднимусь к себе. Флипке! – заметил я в коридоре дворецкого, – вызывай Эмиля, пусть готовит колесницу.

– Нет необходимости, господин Штольц, – мотнул головой Пехов. – У крыльца нас ожидает экипаж.

– Хорошо, – кивнул я, хотя, естественно, ничего хорошего в этом не было. Гибель князя, если она не случайна, и это мой пробудившийся мозг наконец-то осознал, свидетельствовала о надвигающихся на меня неприятностях, если не опасностях.

Потому, вернувшись в комнату, я, не сильно заботясь о нелепости своего наряда, нацепил прямо поверх джемпера кольчужный бронежилет и, даже не раздумывая, сунул за пояс пистолет. Пусть будет. Ещё и магазин запасной прихватил. Запихал в рот подхваченные с тарелки остатки пирожка. Быстро прожевал их, запил давно остывшим чаем и поспешил вниз.

Перекинуться даже парой слов с княгиней так и не удалось.

Запряжённый парой неплохих лошадей, открытый экипаж быстро понёс нас по улицам города, давно уже, оказывается, бурлящего активной деловой жизнью. Ротмистр управлял лошадьми, предоставив мне возможность заняться самокопанием, отягощённым переживаниями за княгиню.