Коронный дознатчик. Сыскарь. Легавый. Агент

Лишь указывал, вкупе со всем остальным, на то, что хозяин его не сильно заботился о собственной презентабельности, гораздо больше времени и внимания уделяя работе.

Не разводя политесов, Холмов тут же провёл нас к телу убитого сторожа, попутно разъясняя ситуацию и знакомя с деталями.

– Проходите, не стесняйтесь, – пригласил он меня и патлатого художника, лишь мельком взглянув на орка с ротмистром. Словно и не волновало его, с какой стати таскается за нами эта необычная парочка. – Эксперты уже произвели описание убитого, обстановки и всех обнаруженных следов.

– А что, были следы? – поинтересовался я.

– Не так, чтобы явные, но есть кое-что, – кивнул Холмов. Вот посмотрите.

Мы прошли в торговый зал, на первый взгляд совершенно не пострадавший при налёте. Все витрины, заполненные драгоценностями, были целы и играли в свете множества включённых ламп яркими отблесками и переливами благородных металлов с драгоценными камнями.

– Салон точно ограбили? – не мог я не высказать зародившееся сомнение.

– Управляющий, – указал Шарап Володович на скромно сидящего в уголке пожилого худощавого эльфа, которого я поначалу даже и не приметил, – утверждает, что из центральной витрины похищено одно из самых дорогих ожерелий.

Я пошарил взглядом по витринам. Нашёл центральную, действительно слегка сдвинутую с места. Углядел место, выделяющееся среди всеобщего сияния и сверкания сиротливо пустующей проплешиной чёрного бархата. Посмотрел на излучавшего вселенскую печаль и утвердительно кивнувшего мне эльфа.

– Всего одно ожерелье? – я перевёл взгляд на Холмова.

– Угу, – кивнул он. – Только стоит оно больше, чем мой дом вместе со всеми потрохами. Вот, полюбуйтесь.

Опер указал мне на распростёртое на полу тело ещё одного эльфа, показавшегося мне совсем уж древним. Весь какой-то скукоженный, ссохшийся и поседевший. Старческая кожа уже почти потеряла зеленоватый оттенок, став чуть ли не серой, и покрылась редкими тёмными пигментными пятнами. Тонкая очень морщинистая шея.

– Смерть наступила примерно десять или двенадцать часов назад, – принялся рассказывать мне Холмов. – Предположительно от удара височной частью головы об угол вот этой витрины. На её стенке обнаружены следы соприкосновения, а также найдены соответствующие повреждения на голове погибшего. Подозреваю, сторожа кто-то сильно толкнул.