Сборник фантастических рассказов. Фантастика

А все, остальные уснули и долго спали, а проснувшись очутились во времени, когда творил Шнырев. Но в Москве не ведали о таком, но зато давно привыкли к пришельцам карликам Нечи, русалкам, человеку- великану и двум людям осьминогам. Человечество, расселившееся по всей Вселенной строго соблюдали пакт о не использовании биомассы и клонирования в целях создания себе подобных. Учёные всей Вселенной трубили о увеличении жизни людей до 500 лет благодаря необъяснимым явлениям. Один Сенок и Его супруга знали всю правду, но молчали во благо всех людей.

А в 2014 в этот день пополуночи под бой московских курантов в роддоме на Соколе у Марии Соколовой, жены рабочего Виктора Соколова родилась двойня… Душа Луры и душа Грязного-Шнырева обрели своё пристанище в мире смертных на грешной Земле, для дальнейших приключений и подвигов. Богиня и гений, что должны были сделать этот мир светлее…

Утром того же дня диггер Киселёв обратился с заявлением в органы безопасности, поведав, что под площадью Трех вокзалов лаз, в котором обнаружен странный прибор, для перемещения во времени и пространстве.

А пока скажу, что двойняшей назвали Ирина и Влад…

Где то под Мадридом родился Хосе, а в Нью-Йорке черный мальчуган Дэвид… Потеряв силу, но не утратив способностей служить тьме на свет явились Йор и Диаф… и все в двух параллельных мирах, существующих в семи измерениях и существующих одновременно в прошлом, настоящем и бушующем понеслось по новой… Московская милиция сбившись с ног составила наконец документ о без вести пропавшем гражданине Грязном, все еще не улегались страсти на Украине, Крым стал частью России, США были обижены на попранное их мировое господство, тогда как в мире теней были восстановлены рай и ад и где любой дух знал, как через портал вечности можно пойти и прошвырнуться по планете людей…

…

Киселёв-бородатая, крупная детина, неопределенного возраста, обнаруживший странный лаз на площади трех вокзалов, и ставший его первопроходцем в параллельный мир нервно потягивая кефир из пакетика, прикусывая московской земной булочкой с маком, укрывшись в ветвях пальмы, восседал на ветке с видом на рай и боясь пошевелиться наблюдал как другой, не его мир, сходит с ума.