Когда грибы цветут… Юмор и фантастика

Оставшегося осколка стекла как раз хватало, чтобы из него протиснулась чья-то нога с этим самым пинком.

– Это что же, выходит, что моя совесть, то есть я сам себе, дала… дал пинка? – горестно бормотал Полосухин, сидя на полу и поглаживая ушибленную часть своего непутевого организма. – А что может быть дальше? Все, завязываю с таким образом жизни!

И ведь завязал! А вскоре Полосухин снова стал отражаться в зеркале. Это к нему вернулась его совесть…

Баня

Хохот, треск костяшек домино и болтающаяся высоко на шесте оранжевая майка – вот что увидел у себя на объекте мастер Милентьев, когда вернулся из прорабской.

– Совсем разболтались! – сурово сказал он. – Живо за работу!

Строители разбрелись по объекту. Холостяк Игнашкин полез за майкой, которую он выстирал между делом.

Внезапно раздалось жужжание. Прямо на недостроенную баню опускалась какая-то оранжевая кастрюля. Из ее блестящего бока выдвинулась скрюченная клешня, помяла майку Игнашкина и затащила внутрь.

Из кастрюли высыпало с полдюжины странных существ: с хоботками вместо рук, руками вместо ног. Впереди, бодро переставляя руко-ноги, вышагивало одно из этих существ, сжимая в хоботках майку Игнашкина. Видимо, главный у них.

Милентьев мрачно спросил:

– Вы кто такие? Зачем объект порушили?

Главный щелкнул каким-то аппаратом. Аппарат металлическим голосом сказал:

– Мы есть инопланет.

Строители продолжали молчать.

– Вы имейт, как это, душевный расстройство? С чем это завязано? – обратился инопланетянин к Милентьеву.

– Баню вы мне угробили, – с укором сказал мастер. – Вот с чем это завязано.

– Что такой банья? – поинтересовался аппарат-переводчик.

– Моемся мы в ней иногда, – ввел инопланетян в курс дела Милентьев. – Чаще по субботам.

И показал чертежи. Старший инопланетянин азартно засопел:

– Это для нас есть порожний дело…

Пришельцы, орудуя какими-то инструментами, в мгновенье ока разобрали завал. Их затянуло облаком пыли…

А когда пыль осела, строители увидели красавицу баню: веселую, изящную, как бы невесомую.

– Что это? – потрясенно спросил Милентьев.

– Бань-я! – хвастливо сказал вожак инопланетян.

– Вот это да! – первым очнулся Игнашкин.