Последний демон рая. Книга 1. Магия сплетений

Красавчик за это время переместился в дальний угол, и его шляпа с дурацким ярким желтым пером маячила между грудей двух громко хихикающих девиц известно какого кабацкого сорта.

«Идиот собачий! Уж по тебе-то я точно не буду скучать. А с помощью Талисмана могу и свою банду организовать… или даже церковь – разница-то небольшая».

Он независимо расправил плечи и легко взбежал по лестнице, ведущей наверх в комнату Магистра. Поднявшись по расшатанным ступеням, он из шума и клубов дыма попал на тихий второй этаж.

На цыпочках прокрался к двери, прислушался: внутри Магистр напевал мотив бравурного марша и звякал монетами.

Оружия вору, конечно, не дали, но он захватил со стола бутылку. И, если старик заартачится, он умеет обращаться с острой «розой» отбитого горлышка, и Магистру не поздоровится.

«Ну, теперь держись, старичок!»

Мощно стукнув по двери ногой, он сорвал внутренний крючок и уверенно вошёл в комнату.

Весёлый.

Сильный.

Дерзкий!

Там, посреди небольшой светлой комнаты сидел за столом лицом к нему Магистр.

И вывалив содержимое большого кошелька на столешницу, пересчитывал серебро вперемежку с медью. Иногда поблескивало и золото, которое тут же отметил алчный взгляд вора.

Закрывая за собой ногой дверь, Птицелов, заметил за окном сидящего на подоконнике ворона. И посмотрел его глазами за спину Змею: меча там не было.

Магистр не притворно вздрогнул от неожиданности и тут же засуетился – его трудно было застать врасплох.

– Присаживайся, присаживайся, голубчик! Прекрасно выглядишь, просто прекрасно: мой Талисман чудеса творит, верно?

– Твой? С каких-то пор? – вор вальяжно развалился на стуле.

Он закинул ногу за ногу и, поскрипывая новенькими сапогами из мягкой кожи, уставился на старика, стараясь как бы прижать его уверенным взглядом.

Тот почувствовав что-то неладное, притих и невольно прикрыл узкой ладонью стопки монет. Его рука приметно дрогнула и столбики разложенный по номиналам монет рухнули, несколько скатилось на пол и запрыгало по половицам.

Затем он поднял руки и его пальцы затряслись, прикрывая лицо.

Птицелов наклонился вперёд и отбил горлышко об угол стола. Правда несколько смазало демонстрацию то, что бутылка попалась крепкой и разбить удалось только с третьего раза. Положив «розу» на стол, он потянул руку к деньгам, одевая на лицо самую кровожадную из своих кошачьих ухмылок:

– Ша! Руки на стол! И никаких сплетений магии! Пришло время расплачиваться, старый хрыч.