Собакалипсис

Лошадь там, что ли?

– Эй, Святой! – раздался грубый голос. – Отдай нам пёсика!

Фрэди? Судя по рассерженному тону, котяры надули его. Так что он решил отыграться на мне. Я с опаской перевёл взгляд на сенбернара.

– Моё убежище священно, – спокойным громоподобным голосом ответил Сеня, подходя ближе к входу.

– Но он же чужак! – не унимался бандог.

– Все мы дети божии. И все мы чужаки на этой земле.

За дверью рыкнули и забарабанили с новой силой.

– Какая замечательная встряска для мозгов, – услышал я во время паузы голос Бабули.

Это что же получается? Стучали именно ей?

– Предупреждаю, Святой! – снова рявкнул Фрэди. – Мы сейчас вынесем эту дверь!

– Зачем?– удивился сенбернар. – Не заперто же.

– Просто так!

Сеня вздохнул.

– Ну что вы за звери такие? Всё бы вам чего-нибудь сломать. Как люди, ей-богу!

– Слыхал, Туз? Это он про тебя! – подала голос черепаха.

– Ты, Федя, заходи, – предложил Сеня. – Поговорим морда к морде.

– Я Фрэди, – обиженно поправили снаружи.

– Один заходи, – добавил сенбернар. – Тесно тут.

После небольшой паузы дверь приоткрылась. Сначала показался розовый язык. За ним – блестящий нос. А следом за ним и вся голова, включая котелок.

– Драться не будем, – заявил Фрэди, протискиваясь внутрь.

Сенбернар согласно кивнул.

– Но я бы посмотрел, как вы схлестнётесь с Тузиком, – усмехнулся бандог, пристраиваясь на ближайшем стуле.

– Отвали от Джека, бычара зубастый! – услышал я голос Бабули.

Она, судя по всему, осталась снаружи, в руках у Туза.

– Этот говорящий камень никак не заткнётся, – поморщился Фрэди.

– Чудны дела твои, господи! – Сеня вознёс очи к потолку.

– Вообще-то, это черепаха, – пояснил я.

– Да мне до чихуа, чей это череп! – рявкнул бандог.

– Это не череп, а черепаха! – я попытался покрутить пальцем у виска.

– Не ругайтесь в доме божьем! – весомо прекратил перепалку хозяин убежища.

Мы послушно умолкли. Сенбернар лениво почесал передней лапой за ухом.

– Вот что, Федя, – сказал он. – У нас с Джеком появилось чрезвычайно важное дело. Мы уйдём отсюда, и ты нас не остановишь.

– Ты что, Святой, покинешь свою конуру? – бандог забавно выпучил глаза в удивлении.