Собакалипсис

Он был сильнее, чем снаружи. Видимо, Маугли либо находился сейчас в этом странном месте, либо был здесь недавно.

Поэтому я запихнул внутрь всю свою тушку целиком и прикрыл за собой дверь.

– Маугли! – тихо позвал я, пробираясь между расставленных рядами стульев. – Это я, Джек! Я пришёл за тобой!

– Здравствуй, Джек, – раздался прямо у моего уха низкий спокойный голос.

От неожиданности я бросился в сторону, с жутким грохотом повалил несколько стульев и замер, лёжа на спине кверху лапами.

– Не бойся, сын мой, – попытался успокоить меня всё тот же голос.

Что-то я не понял. Если он зовёт меня сыном, значит считает себя моим отцом. Тогда какой я ему брат? По-моему, у него не все дома.

– Подними бренное тело своё и раздели со мной кров и трапезу, – продолжил бредить странный хозяин странного помещения.

Как он обозвал моё тело? Надеюсь, это не оскорбление? И зачем делить с ним кровь? Я, конечно, не вегетарианец.

Пока эти мысли свербели у меня в голове, неясный силуэт хозяина приблизился к свету свечи, и я смог его рассмотреть.

Это был пёс. Но такой громадный, что даже Роти и Фрэди показались на его фоне не такими уж здоровяками. Интересно, и как он только протискивается сквозь эту узкую дверь? Или же попросту не может выйти, оттого и сбрендил, бедолага?

Одет пёс был в какую-то тёмную рубаху. Белая шерсть выглядывала из-под ворота, как галстук бабочка.

Здоровяк подозрительно ловко подцепил целую связку свечей. Поднёс их к стоящему на столике черепу. Вознёс очи к потолку и со вздохом произнёс:

– Мементо мори.

Не успел я осознать, с чем связано упоминание моря, как пёс нажал на череп. Нижняя челюсть тут же выскочила вперёд, а изо рта полыхнула небольшая струя пламени.

От связки свечей сразу стало значительно светлее.

– Иди сюда, Джек. Не бойся, – здоровяк похлопал по соседнему стулу. – Присаживайся рядом.

Я поднялся и с опаской присел неподалёку. Пёс покачал головой.

– Я сенбернар, – произнёс он. – Это значит Святой Бернар. Что накладывает на меня огромную ответственность. Ибо кто, если не я, защитит и наставит на путь истинный падших человеков и заблудших зверушек? – Пёс вздохнул: – Тяжек сей крест, ибо не ведают, что творят.