На Север!

Мишка с удивлением наблюдал за ней, ничего не предпринимая.

– Это что за хулиганка мелкая? – обратилась ко мне старушка, накручивая ухо зайца на палец. Грызь не только не возражал. Он, похоже, млел от этого.

– Вурдалачка, из-за которой вчера на Чуднинском паника была.

– Жертвы?

– Без жертв. Только напугала.

Яга отстранила зайца от груди, и он тут же спрыгнул на землю. Старушка вразвалочку подошла к разбушевавшейся хулиганке и кашлянула. Вурдалачка стремительно развернулась с однозначно агрессивными намерениями.

– И с чего ты решил, что она вурдалачка? – моя наставница наклонилась и приподняла прядь чёрных волос, скрывающих левое ухо Липунюшки.

– Видели бы вы, как она поменялась, когда кровь увидела, – я заинтересованно поглядел на заострённое в верхней части ухо, отдалённо похожее на локаторы летучей мыши.

– Вурдалаки – это нечто другое, – Яга покачала головой.

– А кто же она тогда? – я нахмурил брови, вспоминая услышанное вчера имя.

Яга хихикнула и уже с серьёзным видом ответила:

– Она из Альфов.

– Альфман? – мои брови взметнулись кверху. – Первый человек? А Бэтман, значит, всё-таки второй?

Старушка выпрямилась и посмотрела на меня, как на умалишённого.

– Что за бред, Вань?

Я смущённо потупился. А бабуля прошла к краю поляны и села на пенёк.

– С одной стороны, ты прав, – снизошла до пояснений старушка. – Альфы – действительно, первые.

– А кто? Вурдалаки? – вид у меня, должно быть, был глупый.

– Да что ты заладил? – вздохнула Яга. – Вурдалаки – это люди, больные острой формой лейконевротической эпилепсии. А Альфы – существа с изменённой генетикой, выращенные в лаборатории.

– Ага, – тупо кивнул я. – Всё понятно. Вурдалаки болеют, а Альфы эти… генномодифицированные. Вроде нашего Тишки.

– Кто такой Тишка? – заинтересовалась старушка.

– Боевой бык моего брата.

– А, это тот, который урок гонял? – улыбнулась Яга. – Не, он не из Альфов.

Я почесал макушку.

– Ну, ладно. А эти Альфы, они как, опасны?

– Разумеется, – старушка кивнула. – Как и любой дикий зверь. И были бы ещё опаснее, если бы не были такими индивидуалистами.

– В каком смысле?

– Если бы они могли образовывать стаи, подчинившись самому сильному, то представляли гораздо большую проблему. Но Альфы ценят только свои собственные интересы.