Миры за углом

– Джип на него специально наехал!

– Эти чурки совсем охамели! Несутся на красный!

– Да он сам под колёса кинулся! Я рядом стоял и всё видел. Играл, играл, а потом прыг под колёса!

– Музыканты все потенциальные самоубийцы!

– Да он, поди, наркоман!

– Чурки виноваты!

Марк не особо вслушивался в гомон толпы. С трудом оторвав взгляд от распростёртого тела, он повернул голову налево. На пузырь Мира его так нелепо погибшего друга. Аура и не думала меркнуть, будто музыкант продолжал играть. В ней возникли какие-то несвойственные оттенки.

Марк выбрался из сутолоки. Медленно подошёл к краю проезжей части.

И шагнул в пузырь.

Глава 13, о Пустошах

– Не имею ни малейшего понятия, кто это был, – Зеленуха флегматично, не отрываясь от рисования на куске фанеры, выслушал рассказ Марка о странном человеке в зарослях. – Ты же видишь, я здесь живу безвылазно. Обычно люди сами ко мне с заказами приходят.

– На меня тоже не смотри, – пожала плечиками Тая, оттиравшая жутко заляпанный заварочный чайник. – Вряд ли подобное чудо заходило ко мне в книжный. В любом случае, я бы его запомнила.

– Кто знает, – хмыкнул Марк, – может, в обычной жизни он – вполне нормальный человек.

– Да ну, – девушка махнула рукой, – психа видно сразу. Правда, зелёненький?

Художник ничего не ответил. А путешественник поглядел на них обоих и решил, что да, психов видно сразу.

– А где, кстати, в вашем городе могут остановиться приезжие? – спросил он. – Гостиница какая-нибудь есть?

– Какие приезжие? Откуда? – Тая, похоже, откровенно недоумевала.

– И правда, – подумал Марк. – Вряд ли Мир Коляна достаточно велик. Скорее всего, он только городом и ограничивается.

– Приезжих нет, это правда, – спустя минутную паузу вдруг проговорил Зеленуха. – А вот прохожие заходят иногда. Из Пустошей.

– Каких Пустошей? – хором спросили Марк с Таей.

– А вы что, вправду думали, что всё кончается городом? Как дети!

– Давай-ка подробнее, – путешественник весьма заинтересовался этой новостью. Это несколько меняло картину Мира.

– Да что там рассказывать, – неохотно ответил художник. – Пустоши – они на то и Пустоши. Пусто там.

– В каком смысле? Что-то же там всё-таки есть, если оттуда кто-то приходит?

– Может и есть какие лачуги. Городов больше точно нет.