Миры за углом

Другие люди в той же профессии не желают делить сферу своего влияния!

– Ну, это ты загнул! – Сева скривил губы. – Какая сфера влияния? Какая ревность?

– Хорошо, назови хотя бы одну профессию, в которой нет конкуренции.

– Врач, например.

– Не смеши мои коленки! – Марк громко фыркнул. – Это у врачей-то нет конкуренции? Даже прирождённому врачу рано или поздно подгадит кто-нибудь из близких или дальних коллег. А уж об обиженных пациентах и говорить не приходится.

– Откуда возьмутся обиженные пациенты, если врач прирождённый?

– Будь он хоть величайшим, всё равно не всесилен.

– Нет, тут я с тобой не согласен, – Сева вздохнул и принялся за орешки.

– Но, допустим, он всё-таки добился своего. Стал человеком уважаемым, мастером своего дела, бла-бла-бла, все дела. Но получил ли он свою долгожданную свободу? Нет, нет и ещё раз нет! Он получил только отменный, великолепно выкованный якорь!

– Какой якорь? – мысль явно ускользнула от Севы. Он даже не донёс кружку до рта.

– За который к дну цепляются, – как ни в чём не бывало ответил Марк.

Собеседник задумался, громко отхлебнул тёмного и кивнул, словно дав разрешение продолжать. И Марк тут же продолжил:

– А тут ещё человек понимает, что пора бы и семью завести. Он уже успешен, обеспечен и, вроде как, самостоятелен. А семья это что? – он в упор поглядел на знакомого.

– Что?– переспросил тот.

– Семья – это ответственность. Сначала ты берёшь на себя ответственность за одного человека.

– Семь, – тихо проговорил Сева.

– Что «семь»? – не понял Марк.

– Семь маленьких чумазеньких детишек, – собеседник вздохнул.

– Не важно, сколько. Хотя, – Марк с сомнением поглядел на него, – семь – это уже перебор. Уверен, что потянул бы семерых?

Сева в очередной раз пожал плечами. По его представлениям, чем больше детей в семье, тем лучше. Не важно, что все полуголодные. Главное – веселые.

– И вот однажды, – продолжил свою лекцию Марк, – он понимает, что застрял в этих отношениях. Что он, приходя с работы, не может ничего, кроме как пить, ругаться с женой по пустякам и смотреть телевизор.

– Что, прости?– Сева оторвался от кружки, услышав незнакомое слово.

– Не важно,– отмахнулся Марк. – Чем вы тут развлекаетесь? Концерты, балаганы? Может, прилюдные казни?

– Как можно?– глаза собеседника округлились от ужаса. – Жизнь дана один раз.