Истинная история царевны-лягушки

– Что эти стрелочки обозначают?

– Сейчас прочитаю, – жена повела своим указательным пальчиком вниз. – Один. Лингвомодуль. Прошивка на пять языков с возможностью расширения.

– Это что за зараза?

– Похоже, твой бычок умеет разговаривать.

– Что-то не замечал за ним такого. Всё му, да му… Интересно, мукает он на одном языке, или на разных?

– Два. Пламенный мотор… Это что за шутки такие? – Василиса недоумённо уставилась в книгу.

– Что тут непонятного? Вместо сердца – пламенный мотор.

– Какой-то странный стиль изложения для лабораторного журнала, – в сомнении пожала плечиками Васька.

– Да они там все болтанутые были, эти белохалатные, – махнул я рукой, но сразу поправился, – со слов Степана.

– Три. Усилители двигательного аппарата. Вот это похоже на правду.

– Это точно. Видела бы ты его в действии! Как это называлось? – я попытался вспомнить название механизма из старинной книги.

– Ну, допустим, сердце ему тоже модифицировали. А вот как включить лингвомодуль? Было бы забавно попробовать.

– Нет ничего проще. Пойдём на конюшню, да поговорим, – улыбнулся я. – Царевич я или нет? Имею я право на чудачества? Да в конце концов и Степан с ним постоянно разговаривает! Только вряд ли получает ответ.

– Кто знает, кто знает… Вот если б твой Ницше с тобой заговорил, ты бы как отреагировал?

– Ну, если б этот заговорил, об этом сразу все узнали бы!

– Ладно, прынц, иди завтракать.

Жанна на этот раз ничем особым не потчевала, даже почему-то не норовила закормить до полусмерти. Ходила какая-то задумчивая.

– Что-нибудь случилось? – спросил я её, отодвигая тарелку.

– Всё в порядке, Ванюша, – слова её прозвучали как-то неуверенно.

– Давай, рассказывай.

– Я не уверена… Василиса… Что-то с ней не так.

– Это я и так вижу, – я улыбнулся кухарке, – Что тебя настораживает?

– Понимаешь, она сегодня мылась в моей бадейке. Я слышала, как она плескалась за закрытой дверью. А когда вышла из комнаты – была всё такой же чумазой, – Жанна всплеснула руками.