Миры за углом

– Мой дом сожгли. Я чудом осталась жива, – она шмыгнула носом.

– Фанаты Рэя Брэдбери шалят? – кажется, художник не воспринял всерьёз её слова.– Опять экспериментируют со своими этими… Фаренгейтами…

– По всему городу, похоже, творится что-то непотребное! – возмущённо воскликнула Тая.– Мы пока сюда ехали… на кровати… видели разъярённые толпы!

– Ладно, – Зеленуха пожал плечами, – располагайся. Только где ты тут свою чудо-кровать поставишь, я не знаю.– Он повернулся к Марку:– Поможешь даме с мебелью? Ты, конечно, на грузчика не слишком похож.

Но должны же быть у человека какие-то скрытые таланты.

Белоголовый хмыкнул и щёлкнул пальцами. Раздвинув в стороны залежи культурного наследия, в двух шагах от дивана возникла кровать.

– Фокусник, что ли? – художник удивлённо переводил взгляд с неожиданного предмета интерьера на гостя и обратно.

– Так, балуюсь немножко, – пожал плечами Марк.

– Именно так он меня и спас, – вставила Тая.– Прямо из горящего дома на кровати.

– Месье знает толк в извращениях, – Зеленуха вновь приподнял бровь, состроив забавную гримасу.

– Ладно, оставайтесь. А с тобой, Гудини, я бы хотел пообщаться за рюмкой кефира.

Глава 8, в которой Марк суётся, куда не надо

– А кого больше среди Творцов? – вдруг спросил Колян, бросив в воду остатки булки.

Они с Марком прохаживались по берегу пруда и наблюдали за утками, с кряканьем носящимися по водной глади. Погода стояла прекрасная. Кормильцев на берег высыпало, точно пузырьков у болеющего ветрянкой.

Или что там у него высыпает? Короче, утки были довольны, кормильцы веселы, а два молодых человека, примкнувших к этому сообществу, расслаблены и рассеянны.

– В каком смысле? – не понял вопроса Марк.– Баб или мужиков?

– Да не, – помотал головой Колян.– Это, конечно, тоже интересно. Но меня больше интересует область деятельности. Ну, там, музыкантов, писателей, или вообще менеджеров.

– Ну ты загнул, – хохотнул собеседник.– Менеджеры слишком занятые люди. Им не до фантазий. Надо баблоиды заколачивать.

Впрочем, знавал я одного музыканта, которому повезло зарабатывать большие деньги. Вот только его Мир от этого сильно пострадал. Я заглядывал туда пару раз после того, как он стал для одного всем известного попика писать. Неприятное зрелище.

– Попика? – удивился Колян.– Что, за церковные песнопения так много платят?

– Я имел в виду поп-исполнителя, – ухмыльнулся Марк.– Не буду называть имени, но ты его тоже знаешь. Всё-таки не на острове живёшь.