Миры за углом

Только вот охранник оказался воткнутым в неё посередине туловища. Отчаянно барахтаясь, он то открывал, то закрывал дверь, но выбраться из неё никак не мог.

– Ой, – Марк изобразил невинную улыбочку, – как же так вышло?

Потом поднялся по лестнице на первый этаж. Там в довольно просторном зале стояло пяток тяжёлых столов. Лишь за двумя сидели стражи порядка. Оба в штатском. Один читал газету, другой завтракал. Они лениво посмотрели вслед выходящему Марку, даже не пытаясь остановить. Видимо, звуки снизу не проникали сквозь солидную дверь.

А вот на выходе Марк столкнулся с полицейским (или как они тут зовутся?) в форме. Смутно припомнилось, что именно ему задержанный забрызгал вчера бляху.

– Стоять, – тихо, но чётко произнёс блюститель порядка.– Документы.

Марк с улыбкой потянулся к внутреннему карману своего чёрного плаща и подал полицейскому плакат с весёлыми пингвинами. Тот развернул бумагу, удовлетворённо кивнул и, вернув документ его обладателю, шагнул к двери участка.

– Сущности, – ухмыльнулся Марк и пошёл своей дорогой.

Глава 4, в которой друзья убегают из умирающего Мира

– Сущности, – презрительно проговорил Марк.– Что с ними считаться? Тупые создания, пусть и пытаются выглядеть людьми.

– А чем люди лучше? – не согласился Колян.– Пусть там, в Мирах, ты всемогущ и можешь делать с сущностями практически всё, что вздумается. А здесь с людьми ничего подобного не получится, нечего и мечтать. Но ведь уязвимость не делает их хуже.

– Дело не только в нашем превосходстве, – продолжил свою мысль Марк.

– Ты говоришь именно о превосходстве, – усмехнулся Колян.

Они шли по парку. Стояла поздняя осень. Пахло сыростью и дымом. Жгли листву. День выдался мрачный. Тучи заботливо укутали небо, будто оно без них мёрзло. По поводу неба, впрочем, никто бы в точности сказать не мог. А вот Коля, одетый в лёгкое чёрное пальто и обмотанный грубой вязки шарфом, определённо подмерзал. Марк же шёл нараспашку.

– А ты не думаешь, что и наш мир – тоже чья-то фантазия? – спросил вдруг Колян.– Что мы в сущности те же сущности?

– В сущности существующие сущности существенно существеннее несущественных сущностей, – схохмил Марк.

– Смешно, – Николай хмыкнул и, сойдя с асфальтовой дорожки, пнул кучу листвы.

– Дворник тебе спасибо не скажет, – укорил его Марк.

– Зато полетели красиво. Можно сказать, я дал им второй шанс для полёта. А полёт – это эпично.