Вирусапиенс

– Чёрт! Весь в крови буду, – брезгливо морщась, Ванькин отстранился от окровавленного Емельяна. Так и шел, с безвольным телом на вытянутых руках и недовольно бормоча:

– Ему место в дурдоме. Туда его и отправят. Вот увидите.

– Сначала подлечат раны. А там посмотрим, – прошептал профессор, догоняя атлета на пороге старой больницы.

«Потом разберемся, там посмотрим – а что делать сейчас?» – подумал Медведев, хромая по длинному коридору, но вслух произнёс:

– Не слишком ли много крови? Вроде ни с кем не воюем, а в поликлинике как в военном госпитале.

Оглянулся.

Хромые подростки, порезанные мужчины с багровыми пятнами на одежде, женщины с разбитыми головами. Людская масса медленно перетекает из одного кабинета в другой.

– Действительно, как после землетрясения, – буркнул Ванькин, проходя мимо испуганных пациентов. – Девушка, постойте. Я к вам за помощью! – взревел он, устремляясь вслед за выскользнувшей из соседнего кабинета молоденькой медсестрой.

Яркая блондинка небрежно окинула взглядом бездыханного мужчину на руках Ильи, неопределенно пожала плечами.

– Они тоже не за хлебом! – кивнула в сторону недовольно загудевшей очереди.

Утомленно повела тонкой шеей, по-кошачьи потянулась, явив окружающему миру волнующее зрелище молодого, здорового и выпуклого в нужных местах тела. И тут её взгляд вспыхнул, останавливаясь на широкой, непомерно раскачанной груди богатыря, заискрился неподдельным интересом.

– Что же вы стоите, мужчина? – проворковала девица, приглашающим жестом указывая на дверь.

Со стороны было не совсем понятно, какое тело девушка имела в виду: Ванькина или Емельяна? Но так как в данном случае интересы этих самых тел совпадали, то Медведев, не задумываясь, подтолкнул Илью к двери:

– Вперед!

Атлет, сопровождаемый оценивающим взглядом медсестры, исчез в кабинете.

Профессор пристроился в хвост очереди, готовясь к длительному ожиданию, но не прошло и десяти минут, как из соседней двери появился раскрасневшийся Ванькин.

– Дмитрий Степанович, зайдите! – воскликнул он, коротко махнув рукой. – Настенька, позаботься о профессоре, – важно произнёс он, как только Медведев пересёк порог кабинета.

– Кто вас так? Младенцы или домохозяйка? – не то спрашивала, не то констатировала факт Настя.

Яркая, гибкая, загорелая – она больше походила на модель из глянцевого журнала, чем на медицинского работника.

Ловко стягивая штаны со смущенного профессора, осмотрела рану.