Переговорщик

Он не переставал встряхивать очумелого рассказчика, словно ожидал, что из того посыплется правда, или то, что спрятано за пазухой.

Вонючка безвольно, как тряпичная кукла, замотал головой из стороны в сторону.

– Когда поняли сволочи, что не взять им меня, под землю рванули. Знают, твари, что там их преследовать не станут. Оно и понятно. Кто же в здравом уме сам в подземку полезет?

Ус скривился, бросил Вонючку на землю и брезгливо отряхнул руки, словно к дерьму прикоснулся.

Зло меня взяло.

– Трепло! – кричу. – Как два десятка никчемных задохликов могут одновременно полусотне обученных бойцов шприцем кровь ввести?

Заерзал Вонючка, заюлил, как змея на раскаленной сковородке.

– Они, тех, кого не успели уколоть, тут же пристрелили, – завопил он, и почему-то спрятал глаза.

Глянул я на Уса в надежде получить подсказку, а он, гад, отвернулся. Изображает, что потерял интерес к разговору – опустился на мешок и устало глаза прикрыл. Дремлет.

– А что стало с теми, кого они укололи? – повернулся я к Вонючке.

Краем глаза вижу, командир приближается, а взгляда от Вонючки оторвать не могу. Что-то странное с ним происходит. Побледнел, трясется, окровавленные руки сжимают автомат до синьки. Смотрю на побелевший указательный палец, вижу, медленно к спусковому крючку тянется.

Ах, ты, сучара! Это же ты… своих. Что же, думаю, вы не поделили? А сам медленно автомат из-под локтя тяну. Шаг в сторону.

– Отставить! – крик майора расколол тишину.

Сбоку Ус закряхтел:

– Оставь ты это дерьмо, пока он от страха и тебя не шлепнул. Страшны не герои в рядах противника – страшны трусы в своих.

– Разговорчики! – майор уперся тростью в грудь вытянувшегося во фрунт сержанта Вонева. – Боец, зааа мной! – Рявкнул. Повернулся и, не оглядываясь, двинулся к штабу.

И больше мы Вонючку не видели. Зато очень скоро услышали о назначении командиром Беляевского гарнизона лейтенанта Владимира Вонева.

Лейтенант и командир гарнизона. За проявленную, значит, доблесть. Вот такой вот компот получается. Герой, говорите. Не знаю, может оно и так, может, бывают особые случаи, когда нужно и своих, и заразных, для пользы общего дела, но… должен же быть какой-то порядок, какие-то правила. А может быть, правду говорил Вонючка? Я тоже ненавижу заразных, терпеть не могу, всех бы… особенно тех, кто на поверхность рвется любыми путями.