Последняя Арена 6

Пятьдесят на пятьдесят, что сперва атакует не тебя, а двойника. А мобы так вообще сперва почему-то на него бросаются. Пятое – жратва, – он показал на батончик. – Если говоришь, что в опыте ты не ограничен, то запасайся на полную. В мире с хавчиком проблемы. Телепортнешься куда-нибудь, а еды там нет. И будешь лапу сосать. Хочешь лапу сосать?

– Ладно, если только лапу… – я усмехнулся.

– О, понимаешь! – оценил Грубер. – Вот и я о том же. Ща даже животных почти не осталось. Разве что рыбы дохера плавает, но её ещё поймать надо.

– Не-а.

– А они могут. Появляется такая тварь в море-океане. У нас же почти вся планета водой залита, так что нам только шестая часть всех мобов достается. Тварь захлебывается, а рыба её съедает. Хочешь получить леща, который сожрал дохлятины? Особенно, если поест какое-нибудь исчадие бездны. От него вонища же на херову тучу метров.

– Привык уже.

– Это да… Шестое – любая усиливающая хрень. Всё, что угодно, работающее в пассивном режиме. Вон че мне попалось на аукционе, – он материализовал предмет, усиливающий слух. – Там что угодно может быть, но выцепить такое сложно. Всем самим надо. Считай, что это полноценная замена характеристикам. Я слышал, что у твоих друзей, – он потряс батончиком, – есть умельцы, которые псионические штуки делают. С ними на тебя никто нападать не будет, и авторитет поднимают, и делают из тебя прям праведного праведника.

– Видел такие.

– Молодец, раз видел. Седьмое – стационарки. Тебе особенно полезно. Перемещаешься и устанавливаешь артефакт, который в радиусе пары метров скрывает твою афку. Это чтобы его не видел никто посторонний. А то заинтересуется какой-нибудь индивид, засядет тебя караулить, а как ты возродишься, начнет тебя раз за разом убивать. Ну и посереет твоё имя в рейтинге.

– Так себе перспектива, – я ухмыльнулся. На такой случай у меня есть мнимое бессмертие: пять секунд неуязвимости после смерти.

– Че ржешь, как кобылица? Восьмое – ловушки. Это для безопасности. Срабатывает, если явится кто-то посторонний. Вместе со стационарками ставь! – рявкнул он. – Только смотри, сам в неё не вляпайся.

– Были дебилоиды?

– Не дебилоиды, а вполне умный человек.

– Ты?

– Я, – ничуть не смущаясь, признался Грубер. – Девятое тебе не надо. Это для оружия: всякие точилки и яды на лезвия. Десятое – для социума.