Последняя Арена 4

Среди них много людей, которые берут разум под контроль. Они заставляют выворачивать весь инвентарь. Потом обливают человека бензином и поджигают. Точнее люди сами себя поджигают, – Степан поморщился. – С ними не получится договориться, а лучше вообще не встречаться. Живут где-то на юге. На севере, откуда мы приехали, всё относительно спокойно. По этой дороге, – он махнул рукой в сторону моста, – проезжают группы из нормальных поселений. С нашими ты скоро можешь познакомиться.

– Вас много? – я вспомнил, как командир сказал Стасу, чтобы тот отписался непонятным «нашим», так что шестнадцать человек – это явно не все люди.

– Хватает. Скоро собираемся влиться в более крупное объединение. Точное число назвать не могу, так как сам не знаю. Но если бы и знал… – Степан развел руками.

– Понятно. А по другим сторонам что? И насколько большая территория этой аномалии?

– Андрей, у тебя телефон заряжен? Можешь показать?

– Да, пап, – мальчишка, всё ещё опасливо поглядывающий на меня, достал айфон последней модели и развернул скачанную карту.

Я склонился над экраном.

– Смотри, вот тут протекает Упа, – лидер указал на линию. – Здесь мы, – он ткнул на точку. – Это Зареченский мост. От него два с половиной километра на юг. Это примерный центр. Весь этот радиус, – командир очертил круг, – место аномалии.

– То есть весь центр города, – заключил я. – Понятно.

– Это около двадцати квадратных километров, – вклинилась Немезида. – Вы спрашивали про другие стороны. Там всё странно.

– В каком смысле странно?

– Люди… Они там… – девушка не смогла подобрать слова.

– Военные и уголовники, – сплюнул командир. – Но в городе все, кроме поджигателей, ведут себя смирно. Считай, что тут вооруженный нейтралитет. В городе вообще не принято нападать. Бывают стычки, но это редкость. Потому мы и напряглись, когда заметили тебя, а ты почему-то прятался.

– Нейтралитет? – я удивился. К армейцем за последнее время у меня значительно упало доверие, но представить, что они взаимодействуют с криминальным миром, это уже ни в какие ворота не лезет.

– Так всем нужны ресурсы.

– Город, конечно, большой, – оценил я, – но не бездонный. Уже два месяца прошло. Можно было вывезти почти всё ценное. К тому же тут всё выгорело, – я вспомнил почерневшие пустые окна, в которых мелькали тени. По спине пробежались мурашки.