Последняя Арена 2

Снова сплошные вопросы и никаких ответов.

Я вернулся в дом и по-быстрому обмылся в душе. После уселся пить кофе со свежевыпеченными булочками.

– Ну что, помогло письмецо-то? – спросил дядька Ермолай, прикладываясь к очередной рюмке.

– Пока не знаю. А ты вспомнил, как передавал его?

– Уж поверь, сынок, Кейра твоя знает, что делает, – проигнорировал патрульный. – Ей ты можешь доверять.

– Откуда такая уверенность? – меня немного смутило подобное отношение к незнакомой девушке. Она по их мозгам проехалась что ли? Да и, судя по всему, по моим тоже.

– Ты не смотри, что я старый, – проговорил караульный. – В людях-то я хорошо разбираюсь.

– Старик, ты в зеркало-то себя видел? – я ухмыльнулся. – Из-за чего омолодился? Или это секрет?

– Так система характеристику порекомендовала. Вот и взял. Процесс только этот слишком уж болючий, – собеседник скривился, затем опрокинул рюмку и с силой выдохнул. – Тут на почту сообщение от Михалыча пришло.

– Да. Ты можешь их чувствовать?

– Могу, – дядька Ермолай хитро прищурился, затем указал рукой влево. – Вон там. Сто тридцать пять метров. Это, наверно, в доме Кузьмичной. Ещё Михалыч написал, чтобы после данжа я тебе автомат с патронами выдал. Но это потом. Сейчас оно тебе без надобности.

– А вы в данжи не ходите? Там же много нужных вещей: броня, оружие. Характеристики опять же.

– Есть такое дело.

– Десять.

– Это да. За каждый этаж дают по одному. А если у тебя уже десять, то что?

– Они просто так сгорают? – выдал я предположение.

– Да. Поэтому-то мы…

Откуда-то снизу раздалась отборная женская ругань. Голос я узнал сразу: Елена Викторовна собственной персоной.

– …и не ходим, – завершил дядька Ермолай.

– Кому-то, видимо, сейчас понадобится данж, – сказал я, поднимаясь из-за стола.

– Да сиди уж, ещё найдётся.

В проеме показалась недовольная Лена. Её тело облегал древний халат. Вот только даже он не скрывал сексуально выпирающей груди и полных упругих бедер. Не знаю как, но я ощутил, что целостность вымывает из мозга странные внушения. В логе промелькнули надписи: очарование, вожделение… Она молча проследовала к столу, схватила банку с самогоном и сделала глубокий глоток.